— Но ведь доволен, так? Заставите Яна бегать и с ума сходить, быстрее тебе все отпишет, правильно?
— А ты не думала, что твой муж это заслужил?
— Бывший, — поправляю я.
— Он обращался с тобой, как скотина. Ты не думала никогда, что остальные тоже могли от него пострадать, не такие беззубые, как ты, Вера? Горский много натворил дел в прошлом. Ты об этом не знаешь. Тебе он этого не скажет.
— А при чем здесь я? — вытираю слезы. — За что надо мной издеваться? Просто потому, что мне не посчастливилось в том, что он в меня влюбился?
— Перестань, — он передает салфетку. — Этот разговор ни к чему не приведет. Просто будь умницей, хорошо?
Вместо того, чтобы взять салфетку, резко отодвигаюсь. Откидываюсь на спинку стула и втираю слезы ладонями.
Роман с усмешкой бросает ее на стол.
За прозрачные занавески заходят мужчины. От них пахнет свежестью после бассейна и хвоей. Все со смехом рассаживаются за столом, ощущаю на себе их любопытные липкие взгляды.
— Выпьем? — предлагает Роман.
Они с энтузиазмом поддерживают.
Роман почти тоже, зато остальные набираются изрядно. Я просто сижу, отбывая срок. Несколько раз замечаю, как меня украдкой снимают. Ничего такого не происходит: я просто сижу в купальнике в бане, с пятью мужчинами за столом. Но знаю, что это сбросят Яну. Держат его на крючке. Не дают расслабиться, напоминая, что происходит. Роман не дал нам с Яном поговорить — думаю, Горский хотел этого. Не знаю, может быть, приказа не было или он боялся, что бывший передаст мне что-то важное. Какое-то кодовое слово. Но этими видео они дают понять, что я еще жива… Почти нетронута. Но никто не гарантирует, что будет дальше. Интересно, со Златой он такие видео тоже получал?
Или это только моя роль?
Ближе к ночи, Роман наконец встает из-за стола.
— Идем, — хватает меня за локоть.
Я рада, что напрягающие посиделки закончились. Но мне не легче — страшнее. По тому же переходу мы направляемся обратно. Здесь темно. На первом этаже погашен свет и за окнами темень. Роман тихо поднимается по ступеням и останавливается перед моей комнатой.
Отмыться от масла и чужих похотливых мыслей. Но Роман держит меня за руку. Не отпускает.
— Если хочешь, я с тобой останусь на ночь.
Так и знала, что предложит. Взвешиваю за и против.
Вспоминаю Богдана и соглашаюсь:
Хочется попросить: оставь халат с той стороны двери, чтобы они знали, что ты здесь, но, боюсь, Роман примет это за шутку. А мне не смешно. Боюсь, что ночью ко мне вломиться Богдан.
— Я понял.