Автор
В руках Амира кипит тревожный желтый тест с двойной краской. Он сжимает его в мокрых ладонях, прижатыми к сердцу. Его голос дрожит от неизведанности и радости — скоро он встретится со своей любимой женой, а вместе они смогут спасти жизнь их сына. Вечер пропахнет ожиданием встречи, трепещущим от надвигающейся ответственности....
- Как там Юра?
- Стабильно. Но сейчас будет очень сложно. Пошли, я тебе все расскажу и покажу, - поднимаюсь из-за стола.
- Мил…ана, - хватает меня за руку.
Что за манеру взял! Тут же выдергиваю.
- Что?
- Я знаю, благодарил. Но еще хочу сказать, что я искренне тебе очень благодарен. Ты не представляешь, что сделала, - снова пытается меня за руку ухватить, ближе придвигается.
- Представляю. Пошли. Ребенок ждет, - хочу его обойти, а он не дает.
Огромный стал, в плечах раздался.
- Я хотел сказать, - кадык нервно дергается, - пятнадцать лет назад… я бы хотел прояснить ситуацию.
Глава 15
- Я полагала, ты немного повзрослел, - окатываю его презрением во взгляде. – А ты и дальше собираешься обсуждать события пятнадцатилетней давности?
Бесцеремонно отодвигаю его в сторону и направляюсь к выходу.
- Я хотел прояснить ситуацию. Тогда осталось много недосказанного, - летит мне в спину."
"- Мне нечего с тобой обсуждать, кроме здоровья моего пациента Юрия Каримова.
Выхожу в коридор. Амир идет следом. Не проходим и половины пути, как нам навстречу идет Игнатий Станиславович, завидев меня меняется в лице, хватает меня за руки.
- Милана Алексеевна, волшебница вы наша, как я рад вас видеть, - наклоняется и принимается целовать мои пальцы.
- Игнатий Станиславович, право, хватит. Не стоит, - выдергиваю руки.
- Я все для вас сделаю! Просите, что угодно! – продолжает смотреть на меня полными слез глазами.
- Все хорошо. Не волнуйтесь. Извините, я сейчас немного занята.
- Да, да, простите, - тут же поспешно отходит, давая нам возможность пройти.
- Смотрю, старики – это твой конек. Сын от Евсеева, охомутала профессора, и жена его не помешала. Теперь этот. Эх, Милка, Милка… - цедит злобно Амир, когда Игнатий Станиславович остается позади.
- Тебе не мешало бы рот с мылом помыть. Подумай хорошо, прежде чем наговаривать на человека, с которым ты рядом даже стоять недостоин, - бросаю презрительно.
- А что сын не от Евсеева? Чего же у него тогда фамилия такая? От кого ребенок, а?! – не унимается.
- Думай о своем сыне. Переоденься, - открываю одно из помещений. - Медсестра тебе скажет, что и как делать. – Жду тебя у Юры.
Поворачиваюсь и иду прочь.
Пока жду Амира, прохожу к мальчику. Смотрю на хрупкое тельце. Весь негатив остается за дверью. Сейчас имеет значение только его здоровье.
Малыш открывает глазки. Тихо стонет.
