Автор
В руках Амира кипит тревожный желтый тест с двойной краской. Он сжимает его в мокрых ладонях, прижатыми к сердцу. Его голос дрожит от неизведанности и радости — скоро он встретится со своей любимой женой, а вместе они смогут спасти жизнь их сына. Вечер пропахнет ожиданием встречи, трепещущим от надвигающейся ответственности....
Я уже устала ему повторять, что его вины нет.
Отец винит в нападках на меня себя. Считает, что этим испортил мою юность. Потому, что Фролов начал цепляться ко мне из-за папы.
Они были с ним знакомы со студенческих лет. Вместе учились в институте, вместе подрабатывали на стройке. Папа был старательным и его назначили бригадиром. А Фролов гулял, пил и делал работу спустя рукава. Он много раз подставлял коллектив, портачил, приходя на работу в неадекватном состоянии, папа несколько раз его предупреждал, а потом сказал начальству и Фролова уволили.
После института их пути разошлись. Папа встретил мою маму, у них была ошеломляющая любовь. Они часа не могли друг без друга прожить. Поженились. Мама забеременела. Все было хорошо, пока у нее не начались роды раньше срока. Большая кровопотеря и мамы не стало. И отец ушел в себя, в заботу обо мне. Карьера не складывалась, он метался по разным работам. Но все ему не везло.
Потом через знакомых ему нашли работу в лицее охранником. Папа подсуетился и перевел меня, чтобы я получила хорошее образование.
Конечно, папу он узнал. Сказал, что все осталось в прошлом.
Сказал… а сделал иначе.
Я не говорила папе, как меня донимают в лицее. Не хотела его расстраивать, ведь он так гордился, что выбил мне это место. А папа не говорил мне, как над ним издевался Фролов.
Все выяснилось, когда я уже была беременна Костиком. Тогда мы открыли друг другу души и откровенно поговорили.
Именно в тот момент я решила, что ничего не стану скрывать от сына. От секретов только хуже. Их не должно быть в семье.
Я знаю, что мой папа жизнь за нас отдаст и никогда ни в чем его не винила. Но у отца свои мысли на этот счет, и он до сих пор переживает из-за событий прошлого. Обвиняет себя. А я уже не знаю, какие слова найти, чтобы убедить его в обратном.
- Вот тут останови, - сын выдергивает меня из невеселых мыслей.
Мы выходим из машины. Иду за Костиком.
- Смотри, уроды! Как можно так со щенками! – показывает мне на коробку под лестницей, а там совсем крохотные, еще слепые собачата.
- Я бы взяла их к себе, но у меня и так семь собак, - разводит руками Настя. – А в приюте они не выживут.
- Я же сказал, разберусь, - деловито заявляет сын. – Мам, я сам их выкормлю. Тебя дергать не буду.
