Автор
В мрачной квартире жестоких отношений царит нездоровая атмосфера. Грудь своей жертвы явно силиконовая — и она безжалостно прыгает на муже, словно плющевидный зомби из ужасного фильма. Опоздавший за дверью наблюдатель не может этого не заметить.
– Может, провести независимую экспертизу на объекте? Отец же уверен, что он прав.
– Уже проводили, Лада, – вздыхает он. – Ты думаешь, я не сделал это в первую очередь? Думаешь, я не хочу помочь Станиславу Григорьевичу?
– Тогда что? – тихо спрашиваю.
Почему-то даже улица затихает, я слышу лишь звон в ушах. И вижу перед собой только лицо Сергея, уже зная, что услышу.
– Мне надо будет больших сил и, возможно, репутации спасти твоего отца, – говорит он тихо, поглаживая мое запястье большим пальцем. – И даже моей собственной свободы, если я где-то облажаюсь.
Да я на все готова! Я отдам все деньги, которые у меня есть. Да я вместо него в тюрьму сяду. Я уже на грани и в этот момент способна душу дьяволу продать, лишь бы все скорее закончилось.
– Ты заберёшь мою свободу в обмен, – шепчу я.
– Нет, Лада, – Сергей удрученно качает головой. – Я сделаю тебя счастливой.
Я была счастлива. Пусть недолго, но знаю, что это такое. А рядом с Сергеем я этого не чувствую.
Я готова докатиться до этого… Отдать себя человеку, который мне хуже чем безразличен, в обмен на свободу отца. И неужели такое бывает в наше время?
Это не брак – это сделка. И Сергей прекрасно это понимает, только даже на подобное согласен. Меня начинает мутить, стоит только подумать…
– Извини, – выхожу из машины и делаю несколько глубоких вдохов, лишь бы меня вырвало прямо напротив следственного комитета.
Я не смогу, боже, я не смогу… Прошу Сергея отвезти меня домой, так и не дав ответа, но завтрашний день решает все…
Глава 9
Я лежу с закрытыми глазами, но уснуть никак не получается.
Мы отложили разговор об установлении отцовства, хотя Марат очень просил меня не медлить. В принципе, он сам может хоть завтра пойти и подать в суд, но ему надо, чтобы я дала свое согласие.
Я его знала два года назад и недолго, а кажется, что очень давно. Дело ведь не во времени, проведенном вместе, а в человеке, который становится близким по щелчку пальцев, будто мы всю жизнь знакомы.
Поднявшись, со своей стороны подкладываю подушку к дочери и, бесшумно ступая, иду на кухню. Открываю холодильник…
– А ты все так же любишь есть по ночам, – почти подпрыгиваю от неожиданности и смотрю на стоящего в дверях Марата.
