Автор
В старом кабинете секретаря, где время кажется замершим, вы вдруг осознаёте, какая у вас роль — бывший босс. Кровь стучит в висках и под напорным взглядом. Вы чувствуете себя почти так же неловко, как когда прятали свою настоящую жизнь за отчествами.
Открываю ноутбук и, побарабанив пальцами мимо клавиатуры, снова его закрываю. Ладно, сначала лучше пройдусь.
— Забыла сделать мне кофе, — на ходу тычу пальцем в Римму Марковну. — Очередной страйк. А если еще раз будешь обсуждать меня с сотрудниками, отключу тебе кабельное.
Следующим мне попадается Артем, наш топовый риэлтор, принесший агентству в прошлом месяце сорок процентов прибыли. Что вовсе не повод выглядеть вот так.
— Ты пил вчера, или тебя пчелы покусали? Давай домой. Придешь завтра с таким лицом, отправлю в долгосрочный отпуск.
С каждым шагом настроение все поднимается. Видимо, нужно было утилизировать куда-то скопившееся раздражение.
Завидев толпу, собравшуюся в коридоре, уже предвкушаю, как буду ее разгонять.
— Так, почему в рабочее время…
Я невольно обрываюсь, заслышав из-за опущенных голов знакомый звенящий голосок.
— У тебя очень хорошая линия здоровья, Лева. Но я бы обратила внимание на область крестца. В будущем возможны травмы.
— А у меня посмотри, Маш, — доносится еще один мужской и явно очень заинтересованный голос.
— Хиромантии? Я со школы увлекаюсь. Раскрой ладонь, пожалуйста, Женя. О, у тебя сильно развита половая чакра. Рекомендую следить за образом жизни, иначе есть большой риск после пятидесяти остаться одному.
Мои кулаки непроизвольно сжимаются. Мысленно я уже от души пинаю не в меру развитую половую чакру Жени.
— Ну-ка разошлись, — чеканю громко и холодно.
Пять голов резко поворачиваются в мою сторону и моментально исчезают, оставляя хиромантку Машу стоять одну.
— Что за эзотерический балаган ты устраиваешь в рабочее время? — осведомляюсь я, прощаясь с воспрявшим настроением.
— Хиромантия — это наука, — не моргнув глазом, отвечает Маша. — А до начала рабочего дня еще три минуты осталось.
Я бросаю взгляд на запястье, готовясь уличить ее во лжи, и вижу, что она абсолютно права. До девяти осталось ровно три минуты.
Даже думать не хочу, как она с такой точностью определила время.
— Если как-нибудь захочешь — я пересмотрю твою ладонь, — улыбаясь, продолжает она. — С твоей скорой смертью я явно ошиблась. Видишь, Тимур? Ты попросил себя не касаться без спроса, и я слушаюсь.
— Вернись на свое рабочее место, пожалуйста, Маша, — сквозь зубы прошу я. — Пусть моя смерть станет для всех сюрпризом.
— Хорошо, — кротко отвечает она.
