Автор
В старом кабинете секретаря, где время кажется замершим, вы вдруг осознаёте, какая у вас роль — бывший босс. Кровь стучит в висках и под напорным взглядом. Вы чувствуете себя почти так же неловко, как когда прятали свою настоящую жизнь за отчествами.
— А разве у кого-то другого здесь такая толстая жопа и полное отсутствие воспитания? — парирую я, воодушевленный рыцарским порывом и почти допитым стаканом вискаря.
Короче, дальше все разыгрывается, как по нотам. Он встает, я встаю. Он вкатывает мне в челюсть, я дважды ему в пузо, один раз по яйцам, после чего нас разнимает желтоглазый Асад.
Маша все это время продолжает петь, ровным счетом ничего не замечая. Прижимая лед к щеке, я заказываю еще один виски. Ну, какая же она… Короче, обожаю.
Glava 34
— Больно? — Маша касается моей распухшей губы и, скорчив сочувственную гримасу, предлагает: — Давай подую?
— Дуй, — великодушно соглашаюсь я.
Встав на цыпочки, она в течение минуты выдувает мне в лицо воздух с апельсиновым ароматом, после чего осведомляется, стало ли мне лучше. Верный образу послушного мальчика, я вру, что стало и, вжившись в образ плохого, предлагаю заглянуть в бар по соседству.
Маша воспринимает эту инициативу с восторгом. Ей, оказывается, опять жуть как хочется апельсинового сока.
Спустя пятнадцать минут мы сидим за столом в каком-то гламурном подвале. Передо мной стоит стакан с вискарем, а Маша, употребившая ударную дозу витамина С, снова танцует рядом. Только теперь мне почему-то начинает казаться, что двигается она божественно, а Мадонна, Ченнинг Татум и покойный Майкл Джексон конченые неудачники на ее фоне. Чтобы пояснить степень моего восхищения я достаю из бумажника сотню баксов и засовываю за пояс ее платья.
В течение нескольких секунд Маша разглядывает купюру и, когда я думаю, что переборщил с выпадом, выкрикивает: «Так это же заявка на приватный танец!», и в следующую секунду оказывается у меня на коленях.
Сказать, что я охерел — ничего не сказать. Что за волшебные апельсины тут растут? Готов заказать пару тонн на доставку.
Но по-настоящему мой шок и жирафий восторг зашкаливают, когда Маша начинает двигать туда-сюда своей пятой точкой. То есть танцует тот самый приват.
Затуманенный мозг моментально квалифицирует это как шанс закрыть все гештальты разом и я, поймав ее за талию, хриплю:
— Я не хочу здесь больше оставаться.
Маша поворачивается ко мне и, сощурившись, томно шепчет:
— А какие будут предложения?
— В отель, — отвечаю я, ощущая внезапную сухость во рту.
— И что мы там будем делать?
— Проверим, вдруг в минибаре появились нутовые чипсы, — говорю я первое, что приходит на ум.
— Я обожаю нутовые чипсы, — сообщает она все тем же тоном.
