Я его просто ненавижу сейчас!
Все он! И его чертов член — залог всех моих проблем! Сволочь! Он сейчас начнет открыто строить новые отношения, а я что? Я в жопе. Великолепно!
Да успокойся! Еще реально ничего не известно! Может быть, обойдется…
Но я знаю, что нет. Сегодня с утра я поняла, что моя грудь стала слишком чувствительной, а еще я дико хочу секса. Так я себя вела во время первой беременности. Будто обезумела! Сюда же смело добавляйте эмоциональные качели, тошноту, которую я так отчаянно пыталась списать на стресс, хотя в глубине души уже знала, да? Я знала…
— Ты очень бледная, Поля, — звучит мягкий голос Яна, а я не понимаю, когда он успел подойти так близко.
Отшатываюсь, но он придерживает меня за локоть и тянет обратно.
— Пусти!
— Почему к тебе приезжал врач?
Ну, разумеется! Естественно! Он знает…
— Ты следишь за мной?! — шиплю, Ян пропускает мой вопрос мимо ушей и спрашивает снова.
— Почему приезжал врач, Полина? Ты заболела?
Да, восемнадцать лет назад, когда впервые тебя увидела, эгоистичный ты кусок дерьма.
Дергаю руку так сильно и резко, что у Яна не остается шансов и дальше меня касаться. Чинно поправляю волосы. На него смотрю холодно, как ледяная статуя, я ведь она, так? Забыл? Я — гребаная герцогиня для тебя, поэтому не лезь в мое сердце и душу. Тебе тут больше не рады.
— Это тебя больше не касается, Ян. Лучше следи за здоровьем своей псины, а я сама как-нибудь справлюсь.
Фыркаю, нос повыше задираю, а потом походкой от бедра направляюсь к кабинету нашего адвоката. Ян отстает всего на пару мгновений, но быстро нагоняет, и до меня доносится ужасно раздражающий смешок.
— Ты ревнуешь?
Бросаю на него взгляд, а сама понять не могу: ты кретин или да?! Титов продолжает давить лыбу. Знаете? Очень-очень раздражающую. Такую, что ее сразу хочется вырвать, скомкать и выбросить в помойку, а еще лучше разорвать на миллион мелких кусочков и сжечь дотла. Как ты смеешь задавать мне такие вопросы?! И как ты смеешь им радоваться?! Господи! Ну что за козел! Какой же козлина…
Так, спокойно. Дыши. Это сложно, учитывая, что эмоции в моей груди поджигаются, как хвостики миллионов салютов. Они взрываются, разлетаются и шпарят-шпарят-шпарят мою бедную, нервную систему.
Держись!"
"А я еле могу это делать и чувствую, как буквально вишу на ниточке от огромного скандала. Нет, он мне ни к чему. Я не хочу выяснять отношения. Я не хочу! Ничего…знать и слышать...
Тихо.
— К кому? — фыркаю и тянусь к ручке, стараясь игнорировать то, как сильно горит его проклятый взгляд, — К какой-то дворняжке? Нет, Титов. Не дождешься. Я себя еще уважаю.
Мне кажется, что я звучу очень уверенно, однако…явно нет, если за спиной я слышу его тихий, самодовольный смех.
Знает, да? Знает, что я горю…он знает…
Не реагируй!
Не реагирую.