Автор
Внутренние ритмы бьются в такт сухим воздухом и острыми лезвием маникюра на ногтях. Несущая печать бумаги хрустит, как старый альбوم давно забытых фотографий. Это последнее прикосновение к прошлому перед тем, как любовь окончательно вырубит сознание.
Похоже, «Бывший папа. Любовь не лечится» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Скажи мне, милая, за что ты так со мной?
Глава 2
Ранее
Надежда
Ослепляющая вспышка фар, грозный рев мотора и… пронзительный визг тормозов.
Черный автомобиль заносит на скользком асфальте. Огромная махина разрезает плотную стену дождя, оглушительно сигналит и на полной скорости мчится на нас с сыном.
Счет идет на доли секунды. Шансов нет.
Эмоции мгновенно отмирают, остается лишь жгучий материнский инстинкт. Именно он побуждает меня с силой оттолкнуть от себя коляску.
Последнее, что я слышу, это жалобный детский писк из люльки, проникающий в самое сердце и разрывающий его изнутри.
В голове одна мысль: «Сыночек, не пострадай!»
Неужели я и правда проклята, если после утраты первого ребенка судьба заберет у меня и второго?
Удар. Толчок. Кромешная тьма.
Острая, адская боль пронизывает спину и отдает в ноги. Ощущение, будто все кости ниже пояса раздробили в пыль, а мышцы перекрутили в мясорубке.
Просыпаюсь в слезах. Меня трясет, как в лихорадке. После кошмара не получается сориентироваться и понять, где я нахожусь.
– Сынок? Малыш…
Рука скользит по холодному, пустому матрасу. Паника захлестывает меня с головой, но я выныриваю в последний момент. Мысленно встряхнув себя, собираюсь по крупицам.
Осматриваю палату – и медленно возвращаюсь в реальность. Вспоминаю, как вчера меня привезли из больницы в реабилитационный центр. Сбросили, как балласт, потому что я безнадежный пациент.
Все тело продолжает ныть. Полностью. Покалывает вплоть до ступней и самых кончиков пальцев.
Пытаюсь пошевелиться – слушаются только руки. Приподнимаюсь на локтях, хватаюсь за специальный поручень и подтягиваюсь. Выдохнув, опускаю взгляд на свои ноги, безвольно покоящиеся на кровати, будто чужие, игрушечные.
Показалось.
Фантомные боли."
"Я по-прежнему… инвалид. До конца дней. И это еще не самое страшное – на себя мне плевать. Настолько, что я не хочу слушать слова утешения и обещания чудесного исцеления.
Сейчас, завтра и всегда я нужна своему ребенку. Только он имеет значение.
Протягиваю руку к тумбочке, беру телефон – и откидываюсь на подушки. Глядя в белый больничный потолок, подношу трубку к уху, вслушиваясь в долгие гудки.
– Мамуль, как там Назарка? – выпаливаю сразу же, как доносится щелчок соединения.
