Автор
В прихожей проходит смелая девочка-подросток с холодными глазами и изящными часами на запястье. Ее словно неожиданная появляющаяся в твою жизнь заставляет дрожать от предвкушения или встревожиться, но это только начало невероятной истории перемен.
Ваня прижимается ко мне, а затем кидается в комнату, но мама его ловит, вытирает губы полотенцем, а он в ответ фыркает и убегает. Плетусь в ванную комнату, намыливаю руки, и слышу тихое:
— Мила.
— Да?
— Что случилось?
— Меня уволили, — ополаскиваю руки под потоком холодной воды и вытираю ладони.
— А еще?
Смотрю на маму через отражение в зеркале. Она слишком хорошо меня знает, и не получится отвертеться от ее ласкового допроса.
— Нам надо переехать. Желательно на Марс.
— Тебя уволили, а потом ты убила шефа и поэтому нам надо на Марс? — мама приподнимает бровь.
"Короткий смешок, и закрываю дверь ванной. Приваливаюсь к стене, в тоске и отчаянии глядя на обеспокоенную маму, и шепчу:
— Лучше бы я убила шефа, честное слово.
— Ты меня пугаешь.
Я тогда маме так и не рассказала, кто отец Вани. Я лишь выла в ее объятиях, заливала слезами ее грудь, а она обещала, что все будет хорошо. Что я закончу университет, что она будет рядом и мы справимся.
— Я встретила отца Вани.
У мамы округляются глаза. Прижимает руку к груди, открывает рот и садится на бортик ванны.
— Господи… — в ужасе шепчет она.
— Валить надо, — скрещиваю руки на груди и смотрю в потолок.
Минута молчания, и я кратко пересказываю нашу встречу с Адамом.
— И ты ему солгала?
— А что я должна была делать?
— Не знаю, — шепчет мама. — И он поверил, что ты замужем?
— Нет, но поверил, что у меня нет детей. Очень опечалился этим фактом.
— Так может…
— Нет.
— Но… он же отец.
— Нет, — повторяю я и щурюсь на маму. — Отец Вани космонавт.
— Он уже в это не верит.
— Подрастет, и папка героически погибнет, — цежу я сквозь зубы. — Придумаю какую-нибудь крутую историю, как папуля всех спас и пожертвовал собой.
— Я тогда думала, что ты с наркоманом каким-то связалась.
— Что?
— Я ведь и не в курсе, кто он.
— И не надо.
— Нет надо, — шипит мама. — Рассказывай.
— Я не хочу. Ясно? Он в прошлом.
— А сын у тебя в настоящем.
Сжимаю переносицу до боли. Я должна с сыном бежать. В какую-нибудь глухую деревню. И ведь я сама виновата. Я не должна была с Адамом кофе пить, дразнить его своим замужеством, но я хотела ему отомстить. Увидеть разочарование в глазах, сожаление, а вместо этого загнала себя в ловушку.
— Вот черт, — шепчу я.
— Что?
Если Адам заглянет в ежедневник, изучит записи, то он поймет, что у меня есть ребенок.
