Автор
В прихожей проходит смелая девочка-подросток с холодными глазами и изящными часами на запястье. Ее словно неожиданная появляющаяся в твою жизнь заставляет дрожать от предвкушения или встревожиться, но это только начало невероятной истории перемен.
Ваня упрямо несет на кухню все свои игрушки. На третий заход он психует и затаскивает к нам корзину, в которой хранится его богатство. Наконец, он понял смысл этой корзины, которую он игнорировал все это время. Надо же, я его воспитываю даже сейчас.
— А у тебя много игрушек, — удивленно тянет Адам.
— Ага, — Ваня неуклюже переворачивает корзину с игрушками. — И все любимые.
У меня, кажется, глаз дергается, когда я вижу облепленный пластилином и разрисованный фломастерами камень среди детского барахла. Только не его.
Замираю затаив дыхание, когда Ваня задумчиво берет Федора в руки. Разглядывает его, поправляет пластилин и отправляет в чемоданчик.
— Что? — шепчет Адам. — Ты чего так глаза округлила? Мила, дыши.
— Милый, может, Фёдора тут оставим? — ласково воркую я.
— Нет, он с нами, — Ваня располагает жуткий камень в углу чемоданчика.
— Фёдор? — Адам медленно вскидывает бровь.
— Я уже думаю, что в этот камень вселился демон, — неторопливо жую сладкий оладушек, — и теперь у него планы на Ваню.
— Почему Фёдор? — Адам обращается к Ване, который откладывает в сторону голубого зайчика.
— Потому что Фёдор, — он поднимает взгляд.
— Я сейчас чувствую себя будто в ужастике.
— Фёдор хороший, — Ваня улыбается.
— Предлагаю не развивать эту тему, — шепчу я. — Так Фёдор обычно лежит под кроватью и никто о нем не вспоминает.
Какое обескураженное лицо у Адама. Я хочу хохотнуть, но я сдерживаю себя, потому что не хочу довести папу-космонавта до сердечного приступа зловещим смехом.
— Под кроватью? — переспрашивает Адам.
— Я пыталась от него избавиться, — пожимаю плечами. — Но увы. Может, у тебя получится? — поддаюсь в его сторону и хитро улыбаюсь. — Давай, по-мужски.
Адам переводит взгляд на Фёдора, затем на Ваню, который кладет к камню маленький желтый грузовичок, и вновь смотрит на меня:
— Я пока пребываю в растерянности. В мужской растерянности.
— Я так и думала, — отправляю последний кусок оладушка в рот.
— Фёдор теперь захватит твой большой и красивый дом.
— Жуть.
— Еще какая, — медленно киваю я. — Не хочешь обратно в космос?
— Папа сказал, что в космос больше не полетит, — Ваня вертит в руках робота без головы, а затем серьезно смотрит на меня. — Он дал мне обещание.
— Иди собирайся, — Адам вздыхает и перемещается на пол к игрушкам. — Мы тут уже сами разберемся.
Глава 21.
