В Усть-Чегене четыре года назад произошло непростое событие: прибыла делегация из Монголии с программой дружбы народов. Городские жители, сохраняя древние языческие верования и русские атеистические традиции, отчаянно противились новым учениям Будды. Каким образом этот конфликт будет развиваться — это главный вопрос для читателя "Царя-горы"....
– Вы можете временно пожертвовать убеждениями ради пользы дела, Петр Николаевич, – настаивал Скурлатовский. – Вы более всех нас способны пустить пыль в глаза этому распутинскому выродку. Надо лишь составить для вас новую легенду…"
"– Довольно, Михаил Андреич. – Шергин остановил его резким жестом руки. – Вот вам мои убеждения. Вы ратуете за спасение России, между тем в ее погибели, я уверен, не последнюю роль играли те самые оккультные поветрия, заразившие с прошлого века обе столицы и подпилившие ноги у трона.
– Однако вы, Петр Николаевич… слишком уж как-то… – Растерянный Скурлатовский потянул себя за воротник и повел головой из стороны в сторону, словно ему не хватало воздуха.
Шергин налил вина и быстро выпил. Он вспомнил ту петербургскую атмосферу повального увлечения «тайными знаниями» в последние годы перед революцией. Ему, приезжавшему с фронта в короткие отпуска, это и в самом деле представлялось «как-то уж слишком».
Расходились по одному в темноте, так ничего и не придумав. Решили ждать до установления дорог после весенней грязи и пробираться в Тобольск своим ходом. Однако делать этого не пришлось. Двадцать седьмого апреля поздно вечером к Шергину прибежал взмыленный Никитенко и возбужденно оповестил о приезде в Тюмень под конвоем на конных подводах бывшего императора с женой.
Тотчас собравшись, Шергин отправился на вокзал. Он предполагал узнать, куда отправляют государя. Но вокзал был оцеплен солдатами, никого не пропускали, и пришлось возвращаться ни с чем.
