Автор
В унынии Кошев бродит по заснеженному дворянскому особняку в поисках пропавших вещей: чемоданов и своей надежды на будущее, затерявшейся под слоем снега. Вокруг него пустует и непроблекшая атмосфера расточения, когда нищий кошевой видит чужие сокровища — как собственную судьбу....
— Боюсь, что нужно разрешение государя.
— Блин! — сказал Саша. — Ну, что за хрень!
— Александр Александрович! — сказал Гогель.
— Если я захочу разболтать, я и так разболтаю, — сказал Саша. — И гораздо больше, чем смогу увидеть на чердаке. А так, может быть, подскажу что-нибудь.
И перевёл взгляд на Никсу.
— Надо у папа спросить, — сказал тот.
— Какого чёрта! — воскликнул Саша.
— Александр Александрович! — повторил Гогель.
Саша подумал, стоит ли скандалить ради пыльного чердака.
— В одном ящике у вас катушка Румкорфа с конденсатором, в другом — телеграфный аппарат.
Якоби вздохнул.
— Он прав? — спросил Никса.
— Да, — кивнул Якоби.
— Нашли от кого скрывать! — буркнул Саша.
— Ладно, пойдёмте, — сказал Никса.
И прислонил велик к ограде фонтана.
— Во-от, Борис Семёнович, — протянул Саша. — Вы же никак не могли ослушаться цесаревича, он послезавтра совершеннолетний. Надеюсь, здесь не только я умею держать язык за зубами.
Гогель отправился со всеми.
Они поднялись на последний этаж, и там один из солдат распаковал телеграфный аппарат, а остальные поднялись на чердак.
Володя вывел антенну через слуховое окно, солдат вылез на крышу вслед за ней, поднялся к трубе и закрепил.
— Где-то уже стоят? — спросил Саша. — Или решили начать с Царского Села?
— В Петергофе и Зимнем, — сказал Якоби.
Саша подумал, что монтировали наверняка, когда он был в Гапсале.
— Работают? — спросил он.
— Да, — сказал академик, — Отлично!
— А где ещё будет радио? — спросил Никса.
— В Гатчине.
— Дальше не ловит? — спросил Саша.
— Что не ловит? — не понял Гогель.
— Сигнал, — объяснил Саша. — Может быть слишком далеко.
— Гатчина дальше всего от Петербурга, — заметил гувернёр.
— И мы не уверены, что там будет всё в порядке, — заметил Якоби.
— Надо повыше поднять антенну, — сказал Саша. — Где самая высокая точка в Царском селе?
— Белая башня, — доложил Гогель.
Белая башня стояла недалеко от Александровского дворца и была стилизована под донжон средневекового замка.
— Там и надо ставить и основной приёмник, и основной передатчик, — сказал Саша. — А потом можно и на дворцы раздать.
— Возможно, — проговорил Якоби.
— А в Питере какая самая высокая точка? — спросил Саша.
— Адмиралтейство? — предположил Никса.
— Вряд ли, — сказал Гогель. — Скорее шпиль Петропавловки.
— Отлично! — сказал Саша. — Значит там.
