Виталий Алексеевич Войко — новый корреспондент в "Рамодановском Вестнике", и уже на его первом совещании он выходит на передовые темы, вызывая шквал подозрений. Мир редакции наполняется неожиданными заговорами и независимыми фактами, приковывающими к себе внимание всей столицы....
— Вот это вот? — недоуменно повертел головой Виталик.
По сравнению с подворьем Янки Вдовицы подворье кузнеца было более чем скромное. Около двадцати соток земли, на которых располагался неказистый одноэтажный домик, кузня и просторный сарай, со стороны которого легкий ветерок доносил запах свежей древесной стружки.
— А чего удивляешься-то? В Верхнем граде знаешь сколько нынче землица стоит?
— Да я не знаю даже, что здесь есть Верхний град. Это как понимать? Растолкуй.
Кузнец неопределенно хмыкнул, сел на корточки и своим толстым пальцем нарисовал в пыли неровный круг.
— Сначала наш город был вот такой, маленький. Его, как положено, стеной крепостной обнесли. Да вон она, ее отсюда видно, сам погляди.
На крепостную стену, которую видно было прямо с подворья кузнеца, юноша оборачиваться не стал.
— Видел уже, дальше.
— Это была первая стена. Потом город разрастаться начал. Много новых домов вокруг построили. Пришлось еще одну стену делать, — Кузнец окольцевал первый круг вторым, размерами побольше, — Это Средний град.
Ванька Левша нарисовал третий круг, а заодно изобразил и русло протекающей рядом реки.
— У вас тут и порт есть? — удивился юноша.
— А ты на чем сюда приплыл, купец иноземный? — в свою очередь удивился кузнец.
— У-у-у… на чем я сюда приплыл, лучше тебе не знать, — закручинился царский сплетник, — До сих пор подозреваю, что в ходе очередного журналистского расследования деятельности какого-нибудь наркобарона тему слишком хорошо вкурил.
— Чего там рассказывать. Местный я, коренной. Кузнец потомственный. Мои предки испокон веков здесь жили, когда и града-то не было. Так, деревушка махонькая стояла. Мой прапрадед каменщикам первую стену сооружать помогал. Вот землица-то и оказалась в Верхнем граде.
