Застукав жениха с лучшей подругой в одиночестве, я быстро отхожу на цыпочках из спальни. Пустота заставляет задуматься: как теперь поступить? Разборки не нужны - мне уже некогда на них гнобиться. Надо что-то конструктивное придумать.
Обычно коронную клятву принимают у доверенных лиц, которым собираются дать особое поручение, в том числе и заставить молчать.
– Убить?!
– Можно и убить. Если король мысленно прикажет сердцу привязанного человека остановиться, оно остановиться. Я имел в виду другое. Если привязанный попадёт на допрос, то его не разговорить никакими средствами, даже если он захочет ответить, магия не позволит открыть рот.
– Ага… Отказаться нельзя.
– Верно. Но можно обхитрить.
Гедан достаёт из внутреннего кармана узкий футляр.
– Это защита? – на княжеский подарок не тянет.
– Да. Цепочка перетянет привязку на себя, и когда ты её снимешь, снимешь и привязку.
Гедан отстраняется, протягивает руку с явным намерением вернуться к вдове, но резко разворачивается, крепко притискивает меня к себе, целует жарко, страстно. Я чувствую его губы на щеке, на шее, под ключицей, снова на щеке, цепляюсь за его плечи.
Почему бы и не воспользоваться тайной комнатой по назначению? Не зря же тут ещё один диван.
– Я тоже соскучился, Бера, – хрипло выдыхает Гед, тяжело дыша. Объятия становятся ещё крепче, но страстные поцелуи сменяются просто нежными, и я с разочарованием понимаю, что прямо сейчас ничего не будет.
– Ты стал названным братом принца…
– О, ты оценила мой план? – Гед самодовольно усмехается.
– Всё-таки твой?
– Король думает, что это его хитрый план, не будем его расстраивать раньше времени.
– Я так и подумала.
Гедан отступает на шаг, критически оглядывает меня с головы до ног, поправляет выбившиеся из причёски прядки, мимолётно целует в нос и, не дав мне опомниться, открывает стену.
Вдова при нашем возвращении отрывается от меню, заламывает бровь:
– Ваша светлость, воротник вашей рубашки так интересно перекосился, что невозможно не гадать, что именно происходило за стеной.
– Оу.
Опередив Гедана, я сама поправляю ему воротник.
– Леди Либрок, зачем же гадать? На досуге загляните в дом терпимости, там вам всё подробно покажут.
Почему при упоминании борделя из нас троих потупился только Гедан?
– Леди Бернара, вы мне нравитесь. Вы не откажетесь составить мне компанию?
– С удов…
– Нет! – рявкает Гед.
– О? – леди Либрок смотрит на него с искренним любопытством.
Похоже, Гедан не ожидал такого рыка, он передёргивает плечами:
– Прошу прощения, леди.
