Весна в семье Ронтидов перевернулась в мглах войны, где большие дети грызлись за маленькими жизненными шансами. Авалина, годовалый ребенок с невероятной силой, и ученик Ронтида — словно обезьянка на его спине — приближались к лагерю. За ними бежали остальные дети, грохот и крики заглушались взрывами: мир вокруг распадался, но твоя душа продолжала летать, как крыльями ветра, чтобы спастись....
Похоже, «Целительница моей души» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
У Авы вообще нарисовалось аж целых два ухажёра — так их впечатлили её способности. А я выдохнула — хотя бы за детей я теперь могла быть спокойна.
Несколько тачек отличного удобрения мне обошлись в один хронический бронхит, один радикулит и несколько болячек попроще, вроде синяков и ссадин, без которых при физической работе на конюшни редко обходится. Точнее, часть оплаты я взяла навозом, часть — звонкой монетой, но конюхи всё равно очень благодарили, привезли удобрения на две тачки сверх договора — вот когда пригодился проход в конце двора, — и сами, по собственной инициативе, раскидали часть его по огороду.
Разговоры с брюнетом вновь сошли на нет. Всю неделю, пока я колдовала над оставшимися пальцами и ладонью, он снова смотрел в потолок, а порой вообще задрёмывал. Я тоже к общению особо не стремилась и ягодами посетителей больше не угощала. Золотой — это, конечно, хорошо, но было неловко, когда мне заплатили за то, что дала просто так, от чистого сердца.
"Я решила, что дети блондина и так не останутся без витаминов, на дворе сентябрь, рынки ломятся от фруктов, да и, как я подозреваю, в королевскую оранжерею с экзотикой доступ у него есть. А вишня? И без неё проживут.
В общем, будни особо знаковыми событиями похвастаться не могли. А вот в субботу меня ждал сюрприз. Большой сюрприз. И даже не один.
Началось всё с того, что, выйдя на минутку между пациентами в жилую часть дома, чтобы обнять своих студентов, я обнаружила среди них и Льюлу тоже.
— А мне наказание отменили, — радостно объявила она. — Представляешь, принц Вилмер в понедельник пришёл к декану и заявил, что сам спровоцировал меня и заслужил тот удар. А уйдя к целителю, не знал, что меня наказали, считал, что я всё расскажу про гадости, которые он говорил, и декан сам поймёт, что я не виновата. А я же не рассказала! Декан Сленпот спрашивал, а я только сказала: «За дело!» и всё.
— А почему не рассказала? — сумела я вставить словечко, когда Льюла остановилась, чтобы воздуха в грудь набрать.
— Я не ябеда! И потом — это же тогда пришлось бы сказать, что он Веле гадости говорил, ну, я подумала, что, ну, как-то… Словно бы это её запачкало, что ли. Если бы мне говорил — я бы, может, не смолчала. Но когда ей… Ну, не знаю. Не сказала и всё!
— Удивительно, — покачала я головой, переваривая новость.
