Весна в семье Ронтидов перевернулась в мглах войны, где большие дети грызлись за маленькими жизненными шансами. Авалина, годовалый ребенок с невероятной силой, и ученик Ронтида — словно обезьянка на его спине — приближались к лагерю. За ними бежали остальные дети, грохот и крики заглушались взрывами: мир вокруг распадался, но твоя душа продолжала летать, как крыльями ветра, чтобы спастись....
Похоже, «Целительница моей души» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Оказывается, принц-то, не такой и…
Продолжать не стала, всё же о венценосной персоне речь, но меня поняли. Кто-то кивнул, кто-то ухмыльнулся, Вела вообще тихо улыбалась.
— Он извинился, — встретившись со мной взглядом, она улыбнулась чуть шире. — Подкараулил после урока и извинился, представляешь!
— Вот какие чудеса подбитый глаз с хамами творит, — Льюла тщательно осмотрела свой кулак. — Может, запатентовать?
Под дружный смех детей я расцеловала своих студентов и убежала обратно к пациентам. Кстати, как я и предполагала, основной наплыв потихоньку спадал.
Минут за сорок до окончания приёмных часов пациенты закончились. Выглянув на улицу и не обнаружив никого, целенаправленно двигающегося в мою сторону, я махнула рукой, заперла входную дверь и ушла на кухню — если кто-то и придёт, то позвонит.
Там меня ждал новый сюрприз. Вдоль свободной от мебели стены, там, где мы в будущем планировали разместить «зимний сундук», в рядок стояли тыквы. Именно стояли, поскольку тыквы от Льюлы тоже были прямоугольными, правда эти — исключительно для удобного хранения, ведь тыквы не должны при этом касаться друг друга, а круглые занимают слишком много места. А вот такие можно поставить буквально в сантиметре друг от друга — и условия хранения, а в данном случае просушки, соблюдены, и никто об них спотыкаться не будет.
На плите, судя по запаху, парилась тыквенная каша, Вела и Лана резали салат из свежих овощей — тоже только что с грядки, уж слишком ровненькие и аккуратненькие огурчики лежали на столе, сами по себе такие не вырастают. Ронт резал арбуз, а Бейл расставлял тарелки. Остальные дети возились во дворе, откуда и примчались, услышав, что я закончила приём.
И вот тут меня ждал последний сюрприз, самый невероятный.
— А мы теперь тоже королевские стипендиаты!
— Кто? — я чуть ложку не уронила.
— Мы! — разулыбался Сев. — Тебе вернут оплату за первый семестр.
— Но… так же не делают, — я всё еще не могла поверить своим ушам.
— А для нас сделали. В четверг нас троих вызвали к ректору, он спросил, правда ли мы можем получить два урожая с дерева за сезон. Мы сказали, что хоть десять.
