Автор
В темном подвальном лабиринте царила мертвая тишина, нарушаемая лишь громкими голосами удаляющихся спасателей. Ян, сияющий как перезрелый помидор, наконец отвел глаза от планов на выходные и задумчиво прокомментировал текущую ситуацию с Вере — его несомненно любимой женщиной....
Ну и скучно, конечно.
— Без огня — не интересно, — добавил Ян и расплылся в улыбке. — Можно начинать ревновать? — кивнул на пакет с пирогами.
— Да брось, — фыркнул Степа. — Если бы я хотел, Вера давно была бы моей.
— Это вызов? — притворно напрягся Ян, разминая мышцы шеи.
— Хорош, — рассмеялся Захар. — Нам только междоусобицы не хватает.
Конечно, никто воевать не собирался. Парни по-дружески подкалывали друг друга. Уже столько соли вместе съели, что все остальное казалось глупостью.
Степан благодарно улыбался друзьям, отвечал, шутил, но все время косился на дверь.
И тут из рации Клима раздался голос Макса:
— Новый вызов. Заканчивайте там.
Степа по инерции хотел подорваться, но быстро вспомнил, что сегодня опять без него.
— Ну, значит, нам пора, — Ян мигом собрался. — Степ, держись. Скоро вытащим тебя обратно в строй.
— Жду не дождусь, — отозвался он с ухмылкой.
Ребята прощались быстро, в духе спасателей.
Когда дверь за ними закрылась, Степан встал. Медленно, осторожно, но решительно. Прихватил халат и вышел в коридор.
Он знал, где её палата и шел уверенно. Насколько позволяли физические возможности. Когда открыл дверь, Рената стояла у окна, ее плечи подрагивали.
— Рената… Простите… — голос его прозвучал необычайно мягко, но она все равно вздрогнула и обернулась.
Глаза ее блестели. Взгляд был потерянным. Она будто не знала, куда деться.
— У вас что-то случилось? — тихо спросил Степа, медленно приближаясь.
Глава 17
Рената стояла у окна, глядя вниз, где спасатели собирались на выезд. Один за другим они запрыгивали в машину, слаженно, быстро — будто каждый из них был пальцем одной руки, которая в нужный момент сжималась в несокрушимый кулак. Команда. Связь. Поддержка.
А она — одна. В своей печали, в тишине, где даже дыхание казалось чужим.
Мысли смешались с воспоминаниями и закружились, больно давя на виски.
