Автор
В затаившемся мраке квартиры слышны шепотные уговоры мужчины и истеричный вопль жены. "Ты мужчина, Сонь, мне это нужно", - его слова проплывают через полупустые комнаты. Женщина вырывается из оцепенения, требуя развода, но мужчина не сдается. Невеселая и непривычная для дозволенной темы атмосфера книгой наполнена ядом гордыни и жестокости....
Эта драка назревает у них не одно десятилетие, да и мне до этого уже нет никакого дела. Ни один, ни другой в моей жизни больше не играют никакой роли и не появятся, так что они сами хозяева своей жизни и пусть делают что хотят.
— Гордей, — тихо шепчет мама, и на ее глазах едва слезы не наворачиваются. — Ты прости меня, сынок, за Анфису. Не права я была.
Непривычно видеть маму такой бледной и слабой, а то, что она извиняется — это нонсенс. Я настолько обескуражен и удивлен, что даже ни слова вымолвить пару минут не могу.
— Я ведь думала, что Дима любит меня, а он обманывал. Хотел тебя заполучить, а я чтобы не участвовала больше в твоей жизни. Снова обманул меня…
Выглядит она потерянной, будто вся ее жизнь разрушена за одно мгновение. Впрочем, видимо, так оно и есть. Вся та бравада и уверенность, которой она раньше кичилась, как не бывало. Передо мной лежит ослабевшая и не знающая, как ей жить дальше, женщина, которую предал мужчина, которого она всю жизнь боготворила.
— Да и перед Володькой стыдно. Он ведь знал, что я нагуляла тебя, а всё равно воспитывал, так что не серчай на него. Он меня любил. И тебя тоже.
В последнем я сомневаюсь, но матери ничего не говорю. У нее своя вина перед бывшим мужем. Она всё говорит о своей молодости и об ошибках, а я всё жду, когда же она заговорит про Соню. Вот только приходится спрашивать об этом самому.
— А что насчет Сони, мам? И Димы, внука твоего.
Вопреки моим надеждам, мама поджимает недовольно губы, а ее глаза сверкают ненавистью.
— Она мне назло назвала сына Димой, как знала, что это имя я ненавижу. И ты делал тест ДНК, сынок?
— Выздоравливай, мама, я пойду.
Не стану больше слушать ее бредни и обвинения. Кажется, к Соне и моему сыну она никогда не изменит своего отношения, а это значит, что общаться с матерью я буду изредка и на нейтральной территории. К своей семье не подпущу.
Пусть Соня артачится и крутит хвостом, а я точно знаю, чего хочу.
Эпилог
Солнце печет, но у меня нет сил встать, и я продолжаю лежать на шезлонге, слыша, как заливисто смеется Димка каждый раз, когда Гордей подкидывает его над водой, и сын с шумом падает в бассейн.
Мы на отдыхе всего третий день, а Дима уже умеет плавать, быстро научившись урокам отца.
