Глава 2 в этой сериях-истории "Ценой твоей нелюбви" описывает крутую и запоминающуюся ВИЗУАЛИЗАЦИЮ ГЕРОВ, создавая интригующее и эмоциональное окружение. Здесь каждое слово - это сложная переплетенная лента событий, где чувства героев раскрываются так, как будто ты сам находишься в их мироздании, оставаясь неуловимым наблюдателем или неразлучным спутником....
— Ты ждала, — говорит подруга слишком резко и сразу же поправляет себя: — Ну то есть... Ты ждешь уже третий год. Но... есть кое что, что я должна тебе сказать. Это очень важно, Дарина. Я не могу больше молчать. Совесть не позволяет.
Я напрягаюсь от ее слов и поворачиваюсь к Ренате. Хочу взглянуть в ее глаза и понять, что она имеет в виду. Мы дружим с ней лет семь, не меньше. Учились вместе в университете, никогда друг от друга ничего не скрывали. И даже сегодня, едва мое состояние ухудшилось, я позвонила ей и она примчалась за мной, увезла в больницу.
Муж, к сожалению, не принял звонок. Мало того, даже не перезвонил. Но он утром предупреждал, что сегодня намечается важное совещание и, возможно задержится допоздна.
Припарковав автомобиль неподалеку от ресторана, Рената поджимает губы. Она не смотрит в мою сторону, будто меня вовсе нет рядом. Избегает встречаться глазами.
Я молча покидаю кожаный салон и мы идём к стеклянным дверям, которые раздвигаются сразу же, едва мы оказываемся в метре от них.
— Здесь очень хорошее меню.
— Рена, мы сюда, вроде, не для ужина пришли, — напоминаю я, поглядывая на парнишку исподлобья. — Мне сок, пожалуйста. Гранатовый. И желательно, чтобы был холодный.
— Мне того же, — поджимает губы подруга.
Она так глубоко вздыхает, будто хранит какую-то сокровенную тайну. И вроде скрыть не может, но и сказать кому-либо весьма сложно. Подруга откидывается на спинку диванчика и тяжело так, шумно сглатывает.
— Рената, ты меня пугаешь, — начинаю заламывать себе пальцы от напряжения."
"Мне бы домой поехать, привести себя в порядок. А потом снова позвонить Альпу. И, быть может, он вернётся раньше, если я скажу, что у меня для него есть хорошие новости. Однако я сижу тут и жду, что же выдаст мне подруга. Она хорошая. Очень. Но сейчас в каком-то смысле этого слова она начинает меня раздражать.
— Какие планы? — тихо интересуется подруга. Еле сдерживаю себя, чтобы не закатить глаза или не сказать лишнего.
— Начни как есть, Рена. Не тяни кота за хвост. Нервы и без того на пределе. Хочу с Альпом поделиться, — лезу в сумочку за снимком УЗИ. От небывалого чувства, что скоро стану матерью, улыбка сама собой растягивается на лице.
— Я никогда не желала тебе зла, Дари, — наконец выдает, и при этом устало потирает лицо ладонью. — Никогда. Хотела только счастья. Поддерживала во всем.
