Автор
Валерий Олегович обманывал себя надеждуми на планомерность событий, но внезапная правда подкараулила его — жизнь рванулась в неведомые области. Теперь выбор за ним: либо рискнуть чем-то бесценно для себя, либо пойти по другому пути. Крайне неудобному и болезненному.
– А что, действительно опасная?
– Полный абзац, – снова повторил эксперт, подтверждая свои слова. – Черный пояс. Нормальный мужик ее, вот такую, как сейчас, даже не заметит. Только придурки на таких клюют.
– А если нужно, чтобы серьезный человек клюнул? По работе нужно, например, – допытывался Дзюба. – Бизнесмен какой-нибудь, профессор или еще кто.
– Тогда натуральная. Но лучше этого не видеть. Спокойнее доживешь.
Люша окончательно смутилась, слезла с высокого барного стула, обошла стойку и принялась доставать из коробок банки с пивом, вскрывать их и выливать содержимое в раковину, расположенную рядом с дверью в служебные помещения и кухню.
– Ты иди поспи, – сказал Дима, ласково глядя на свою невесту. – А я останусь. Мне одна мысль в голову пришла. Хочу проверить.
– Какая мысль? – встрепенулся Роман.
– Я пока на работе был, одним глазом материалы посмотрел.
– Ну уж нет, – возмутился капитан. – Я с тобой останусь.
Дима сел к компьютеру и углубился в изучение материалов. По тому, как он пролистывал, не читая, огромные фрагменты, было понятно, что он ищет что-то конкретное. Роман сидел на диване и клевал носом, то и дело проваливался в глубокий, но короткий сон, вставал попить водички, снова садился и снова проваливался…
– Понял.
Роман вздрогнул, открыл глаза, почувствовал, что затекла нога, которую он, усаживаясь, подвернул под себя.
– Что?
– Ты исходил из того, что три: один, один и два. На самом деле два: три и один.
Кошмар… И Люша спит… Не будить же ее! А без нее ничего не понять. Или понять все-таки можно, просто он, Ромчик Дзюба, слишком глубоко заснул и никак не проснется?
Он попытался осознать сказанное, призвав на помощь арифметику. Один, один и два – получается в сумме четыре, а никак не три. А три и один – тоже выходит четыре, хотя эксперт Дима, этот странный гений, утверждает, что вообще должно получиться два.
– Ни фига не понял, – честно признался Роман. – Можно как-то попроще? Ну, как для тупых. На пальцах.
Дима вздохнул.
– Серебров. Экспертизы. Черепно-мозговые травмы.
Он сделал паузу и выжидающе посмотрел на Дзюбу, будто спрашивая: «Это понятно? За мыслью следишь?»
– Ага, – кивнул тот.
– Предполагаемый рост преступника, нанесшего удар по голове.
Снова пауза. И снова кивок в ответ.
