Автор
В Лондоне 1888 года восемнадцатилетняя Фиона Финнеган мечтает о богатстве, работая на фабрике Бертона. Её жизнь меняется, когда в ней появляются загадочные связи с миром, полным тайн и соблазнов. Перед Фионой встаёт выбор между мечтами и опасными реалиями, связанными с фигурами вроде Полли Николс.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Чайная роза» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
В Лондоне 1888 года восемнадцатилетняя Фиона Финнеган мечтает о богатстве, работая на фабрике Бертона. Её жизнь меняется, когда в ней появляются загадочные связи с миром, полным тайн и соблазнов. Перед Фионой встаёт выбор между мечтами и опасными реалиями, связанными с фигурами вроде Полли Николс.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В Лондоне 1888 года восемнадцатилетняя Фиона Финнеган мечтает о богатстве, работая на фабрике Бертона. Её жизнь меняется, когда в ней появляются загадочные связи с миром, полным тайн и соблазнов. Перед Фионой встаёт выбор между мечтами и опасными реалиями, связанными с фигурами вроде Полли Николс.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Поэтому он сдерживался, дразнил толпу и растягивал процесс как искусный любовник, знающий, что неторопливость только усиливает наслаждение.
Но тут Сид неожиданно ударил Чарли в левый глаз. Кулак угодил прямо в глазницу и повредил кожу. Брызнувшая кровь заставила толпу зареветь от восторга. Чарли тряхнул головой, избавляясь от красного тумана. Слава богу, ссадина пришлась под глазом, и кровь его не ослепляла. Сид самоуверенно выпрямился. Чарли следил за его кулаками. Расстояние между ними увеличилось; этим можно было воспользоваться.
Сид нанес еще несколько безобидных ударов. Чарли позволил ему это сделать, но продолжал следить за соперником как ястреб. Когда Мэлоун бил правой, его левый кулак опускался ниже. Чарли держал кулаки ближе к лицу, уклонялся и берег дыхание. Нельзя было позволить Сиду снова попасть ему в глаз. Он глубоко дышал и продолжал следить за рисунком боя, которого придерживался Сид. Правой, правой, правой. После удара левый кулак опускается, а потом следует передышка. Еще одна серия. Правой, левой, правой. Повтор. Потом снова серия правой, опускание левой и передышка. Он ждал. Сид в очередной раз нанес удар правой, опустил левый кулак, и тут Чарли изо всех сил врезал ему прямо в висок.
Сид рухнул на пол как мешок с картошкой, издал один-единственный стон, закрыл глаза и отключился. Воцарилась мертвая тишина. Досчитав до десяти, судья подбежал к Чарли, поднял его руку и провозгласил победителем. Толпа разразилась восторженными криками; кое-кто говорил, что еще не видел ничего подобного. Люди, которые всего несколько минут назад освистывали Чарли, теперь хвалили его за сдержанность и умение правильно выбрать время для решающего удара.
Сида подтащили к столу, и болельщики начали его откачивать. Чарли выплюнул кровь, скопившуюся во рту. Поклонники тут же принесли ему стул, пинту портера, чистые полотенца и воду. Он вытер лицо. Коренастый человек в жилетке без сюртука, представившийся доктором Уоллесом, личным хирургом Денни Куинна, открыл потертый черный саквояж и занялся глазом Чарли. Он промыл глаз сначала водой, а потом чистым виски, заставив Чарли поморщиться. Когда Уоллес достал иголку с ниткой, Чарли спросил, какого черта он собирается делать.
— Рана глубокая, — ответил Уоллес. — Если не наложить шов, она не зарастет целую вечность. И вскроется во время следующего боя.
Чарли кивнул и напрягся, когда Уоллес проткнул кожу иголкой.
— Сиди тихо, малый. Мы сохраним твою красоту для дам. — Он сделал пять стежков и завязал нитку. — Ты славно угостил того парня. Давно не видел такого удара, хотя повидал их немало. Все, штопка закончена. Сейчас тебе принесут отбивную. Премия от мистера Куинна. — Уоллес посмотрел в сторону Сида, все еще навзничь лежавшего на столе.
