Автор
Что же за день сегодня такой гадский… — Катя упрямо смотрела на Юрия Константиновича, надеясь, что тот развеселится и скажет: "Розыгрыш! Вас только что разыграли!" Но он лишь недовольно поморщился. Атмосфера в кабинете сразу стала нервозной, словно тьма наступила посреди белого дня. Это ожидание неудачи пронизывало воздух, создавая предвкушение чего-то драматичного и неожиданного в поведении руководителя....
Но все же сумела удержать себя в руках, особенно, когда он предстал во всей своей красе. По лицу от виска к скуле тянулись свежие глубокие царапины, побородок весь в ссадинах, и вообще вид у Аверина был аховый.
— Ничесе, Клим, тебя разукрасили! — присвистнул Степан.
— Климентий, ты что, подрался? — с сочувствием спросила Аня, и Катя заметила, как тот морщится и дает существенный крен влево.
— Да нет, машину ударил, — Клим резко повернулся и снова поморщился, чуть наклоняясь вперед, — не очень удачно.
— Ты ж на байке ездишь! — вклинилась Надька, Аверин как раз усаживался за стол и уже не скрываясь придерживал себя за левый бок.
— Так и не свою ударил, — Клим открыл ноутбук, давая понять, что развивать дальше эту тему не собирается, а потом поднял голову и соизволил взглянуть на Катю, едва кивнув."
"Она чуть не захлебнулась от обиды. И это все? Все, на что он сподобился после почти пяти дней гробового молчания? Сдержанно кивнула в ответ и спряталась за экраном ноутбука, еще не хватало дать понять этому умнику, что она расстроена.
— Не обижайся, Катенька, — Клим материализовался так неожиданно, что Катя чуть не подавилась своим капуччино.
— Мне все равно, Клим, — процедила она, старательно изображая неприступную холодность.
— Девочка моя, — он потянулся к ней, скривился, ругнувшись, и схватился за бок, а она сначала дернулась, синхронно потянувшись к нему, а потом будто опомнилась.
— Была бы твоя, не пропадал бы на неделю, — покачала головой и пошла на выход. От того, что Аверин и не подумал бежать следом, на душе стало муторно и склизко.
Он больше не выходил на перерыв, так и просидел до вечера за своим столом, а Катя от стыда готова была сквозь землю провалиться.
