Внутренний мир князя вытягивался на века, каждая память и страх впитывались в его существование. Древний холм на каменной горе - последняя точка, где несметные сны пересекаются с реальностью. Тишина скрепляется шорохом мыслей, каждое слово – звуком времени. И вдруг мир расцветает новыми отверстиями, когда страхи и воспоминания взрываются во лжи смерти....
Поспешив соскочить на землю, Каве тут же обернулась собой. Шелл и Лешка уже стояли, одинаково склонив правое колено, и тоже пили воду. Каве опустилась рядом с ними.
– Убежали? – не веря, что лютогоровский замок давно позади, спросила она сразу у всех.
– Неизвестно, – пожала плечами Эрис.
Лишь только Каве вернула себе прежний облик, девушка-единорог поспешила проделать то же самое. В следующее мгновение она крепко прижимала подругу к себе. И Каве была благодарна ей за это искреннее проявление чувств.
– Мы совершили кругосветное путешествие, пользуясь междумирными тропами, – продолжила Эрис. – Будем надеяться, что нам удалось их запутать."
"– А сейчас мы где? – с любопытством оглядываясь, спросила Каве. – Далеко забрались?
– Не далеко, – улыбнулась Эрис. – Мы в Карпатах. Только с другой стороны Горганского хребта.
Ну да, конечно. Наверняка они просто путали след, чтобы избежать преследования.
Впереди самое главное приключение. Но пока что – рядом друзья.
– Сильно не радуйся, – разглядев ее довольную мину, произнес Шелл. – Пройдет всего несколько часов, и след единорогов распознают.
– Рик Стригой обещал уговорить их оставить нас в покое, пока мы будем бегать, – вмешалась Эрис. – Он сообщил, что знает, что сказать им, пока мы будем отсутствовать.
– А кстати, куда мы направляемся? – Сказав это, Шелл посмотрел на Лешку.
Тот нахмурился, хотя до этого выглядел довольно сносно.
– Надо у мисс Каве спросить.
Каве посмотрела на него с недоумением.
– Разве ты не знаешь, куда именно я должен тебя отвести? – Вордак говорил с таким кислым выражением лица, будто жевал лимон, и поэтому каждое слово давалось ему с трудом.
– Ну-у, – как только все взгляды обратились к ней, произнесла Каве. – Собственно, у меня есть соображения… А откуда ты знаешь? – вдруг вырвалось у нее.
– Твой полудух рассказывал… – Лешка помолчал и через силу добавил: – Он же и подсказал, как тебя спасти.
Парень глянул на нее исподлобья, и у Каве сжалось сердце.
