Внутренний мир князя вытягивался на века, каждая память и страх впитывались в его существование. Древний холм на каменной горе - последняя точка, где несметные сны пересекаются с реальностью. Тишина скрепляется шорохом мыслей, каждое слово – звуком времени. И вдруг мир расцветает новыми отверстиями, когда страхи и воспоминания взрываются во лжи смерти....
Она вспомнила слова Лютогора про ловушку для младшего Вордака, якобы полудух специально выманил парня, потому что знал – тот пойдет ее спасать. И Лешка пошел… Невольно где-то в груди приятно защекотало, по телу разлилось легкое, волнительное тепло. Но тут же, будто острым лезвием ножа, это чувство обрубила гневная, тяжелая мысль: «Да он же просто заодно с отцом! И всегда будет. А если вся эта спасательная операция и затеивалась ради того же проклятого Карпатского Венца?»
– Полудух намекал, что у Каве есть важное дело, – осторожно произнесла Эрис.
Каве сердито посмотрела на нее. Англичанка тут же смутилась и потупила взор.
– Пойдем на Каменный Клык, – сухо выговорила Каве.
Ответом ей стало Лешкино неприкрытое недоумение.
– Какой еще Каменный Клык? – удивился он. – Полудух говорил про подножие Дракон-горы…
– При чем тут вообще полудух? – пришла очередь удивляться Каве. – Чего ты мне им все время тычешь?!
– А разве ты не договаривалась с ним… – Лешка замолк, беспомощно оглядываясь.
Остальные с интересом следили за их перепалкой.
– Ничего я ни с кем не договаривалась, – сердито произнесла Каве. – А дело такое: надо найти Великого Мольфара и поговорить с ним. Я знаю, где искать.
– Знаешь?! – хором произнесли Эрис и Патрик. Поляк же оставался невозмутим. Наверное, стал привыкать к этой новой Каве.
– Есть некоторые соображения, – упрямо повторила девушка. – В общем, надо идти на Каменный Клык.
Компания обменялась испытующими взглядами.
– Ну если хранительница Венца так говорит… – начал Лешка, но Каве его перебила:
– Нет, я пойду сама.
Патрик не выдержал и хмыкнул.
– Начинается, – произнес он насмешливо.
Каве послала ему долгий предупреждающий взгляд.
– Я должна пойти одна, – упрямо повторила она.
– Нет, – произнесла Эрис. – Каве, если у тебя какой-то секрет, ты можешь идти на свою гору одна, но мы все тебя проводим.
– Нет у меня никаких секретов! Просто… это может быть ловушка.
Лешка фыркнул. Каве стало обидно: ведь за него, болвана, беспокоится!
– Я пойду са…
– Ну тогда, – в нетерпении перебил Патрик, – не лучше ли рассказать нам все, что знаешь? Рискуя своими жизнями ради твоего спасения, мы заслужили право на некоторую откровенность.
Каве вздохнула. Патрик был прав.
– Во время сражения на Золотом Горгане, – начала она, – я попала на субастральный уровень, как вы знаете. Слышала церковное пение и говорила с призраком чадра.
– Церковное пение? – переспросила Эрис.
