Внутренний мир князя вытягивался на века, каждая память и страх впитывались в его существование. Древний холм на каменной горе - последняя точка, где несметные сны пересекаются с реальностью. Тишина скрепляется шорохом мыслей, каждое слово – звуком времени. И вдруг мир расцветает новыми отверстиями, когда страхи и воспоминания взрываются во лжи смерти....
Но какого рода у полудуха к ней интерес? Да и разве можно помыслить, что Чародольский Князь держит Алексея Вордака за соперника? Вот это вряд ли…
Будто в подтверждение ее мыслей Эрис произнесла:
– Не хочу показаться ехидной сплетницей, однако… мне кажется, что Рик Стригой положил глаз на тебя, Каве. Это очень опасно.
Каве, которая как раз склонила голову на Лешкино плечо, почувствовала, как при этих словах парень вздрогнул. Невольно она отстранилась.
– Наверняка так оно и есть, – вдруг произнес поляк.
– Да уж, – не удержалась Каве. – Поэтому вопрос можно посчитать…
– А что, ведь это неплохая партия, а, Каве? – продолжил поляк, делая вид, что не замечает предупреждающего взгляда друга. – Все-таки – Истинный Чародольский Князь.
Возле костра стало тихо.
Эрис с Патриком настороженно переглянулись.
– Да-да, – продолжил, как ни в чем не бывало, поляк. – Князь Чародола – единый и неповторимый. К тому же наверняка он пообещал жениться на мисс Каве. За такие-то заслуги.
– Шелл!!!
Лешка вскочил на ноги. Его лицо перекосило от гнева, а черные глаза, казалось, метали настоящие молнии."
"– А что я сказал? – Поляк поднял на него невинные очи. – Все девушки хотят стать принцессами.
Последнюю фразу поляк адресовал Каве. Его глаза излучали холод. И девушка совершенно растерялась.
– Рик Стригой – Истинный Князь Чародола?! И он хочет жениться на Каве? – В голосе Эрис неподдельное изумление переплеталось с каким-то странным восхищением. Каве же не сводила с Шелла подозрительного взгляда: польский колдун сошел с ума? Или на него порчу навели?
Шелл поднялся и встал напротив Лешки.
– Что на тебя нашло? – наконец произнес Вордак. Его голос прозвучал тихо. – Ты рехнулся?
– Я всего-то хочу тебя, дурака, защитить, – ответил Шелл, не опуская глаз. – Потому что тебя хотят обмануть!
– Я знаю, что делаю.
– Нет, не знаешь! – вдруг взорвался Шелл.
