Автор
В череде ночного города, где окна засыпают и листья медленно покрываются листву, жива лишь тягучая сила воды. В эти пять минут до утра теплым поцелуем ночной город прижимается к сердцу. Здесь каждый шаг может быть последним в эпохе Единой Краины, перед тем как дырка времени сведет миру конец....
Попробуешь что-то сделать – я выстрелю.
– Я маску сниму…
Я сразу узнал голос.
– Снимай, Катя, снимай. И объясни мне, что ты тут делаешь.
Днепропетровск.
2 июля 2019 года
Как оказалось, в стене был еще один тайник – с парой аптечек, документами. На аптечках волонтерские знаки, не для продажи…
Катерина ездила на моей машине, той самой «Дачии», фургончике, который я купил. Мы забрали все, что было в тайнике, в том числе и крупнокалиберную винтовку. Семь бед – один ответ…
Катерина села за руль. Когда женщина за рулем, подозрений немного меньше.
– Кто ты ему?
– Славе? Я его жена, – просто ответила она.
– На самом деле?
– Да. Мы повенчались.
– Давно?
– Давно, – просто ответила она, – еще на войне.
– Ну, здравствуй… невестка.
Она ничего не ответила.
– Знаешь, кто я?
Она кивнула.
– Слава рассказывал… – промолчав, она добавила: – Я бы тебя сама убила…
– Убила – за что?
Она не ответила.
– Где вы познакомились? На Майдане?
– Нет. Правый сектор.
– Здорово. Значит, ты укрофашистка?
– Да, – легко согласилась она, – и еще рабовласница[54].
– Тоже снайпер?
– Да… меня Слава научил. Правда, из «барретта» не умею. Как он…
Я хмыкнул… девочка, девочка. Кого ты решила этим пронять – меня?
– Тебе сколько лет? Ты ведь его старше.
– Тридцать. И мы – счастливы! – с вызовом сказала она.
Бонни и Клайд, твою мать. И сразу обиделась. А еще меня пыталась цеплять. Катя, Катя… Там, где ты училась играть в игры, там я даже не преподавал, там я докторскую защищал…
– Ага.
– Слушай. Каково работать в КГБ, а? Скажи?
– Нормально работать в КГБ, – сказал я. – Мы далеко едем?
– Недалеко…
– Катя… – сказал я, – я старый и нервный человек с автоматом в руках. Близко к дому подъезжать не надо. Так что – КУДА МЫ ЕДЕМ?!!
– У нас здесь квартира… – Она назвала адрес. – У меня, точнее.
– Твоя?
– Так. Арендованная.
– Он там?
– Так…
Я хмыкнул.
– Скажи честно, тогда в офисе, кто в меня стрелял? Слава?
– Так. Он хотел тебя предупредить. Чтобы ты уезжал.
…
– Я бы не в потолок стреляла.
– Спасибо, Кать. Про твое отношение к монголокацапам я дуже розумию…
– Итак, всем внимание…
Митич появился на небольшой кафедре в брифинг-рум, справа от него был американский флаг, а слева – портрет действующего президента США. Он уже был не в деловом костюме, а в униформе, которую используют полевые агенты ФБР, не являющиеся бойцами HRT[55], но при этом производящие аресты или участвующие в полевых операциях.
