В глубине бескрайних лесов ждет чуждое небывалое, где земля раскрывается в невероятной атмосфере загадки. Ей восемнадцатый год, и это самое сильное воспоминание о своем отце — он роет землю, словно стремясь к защите и справедливости, даже если никто не слышит его мольбы....
На игровой площадке должен лежать рыхлый защитный слой, а в спортивном зале ребенок не может забираться слишком высоко. И да — ребенок не должен идти один, если ему нужно пройти больше трех кварталов. А еще не забудьте про защиту глаз. Легко над этим смеяться. Некоторые остряки даже рассылают друг другу сообщения: «Эй, мы это сделали и выжили». Но если уж по правде, многие дети не выживают.
Раньше у детей было гораздо больше свободы. Они не знали, что зло таится в темноте. Некоторые ездили на лето в лагерь, система безопасности которого оставляла желать лучшего, и детям позволяли быть детьми.
Люси Голд позвонила в комнату Сильвии Поттер. Трубку не сняли. Неудивительно. Она заглянула в телефонный справочник университета. Номера мобильников в нем не значились. Она вспомнила, что Сильвия пользовалась блэкберри, и отослала короткую эсэмэску с просьбой связаться с ней как можно быстрее.
Сильвия откликнулась менее чем через десять минут:
— Вы хотели, чтобы я позвонила, профессор Голд?
— Да, Сильвия, благодарю.
— Когда?
— Сейчас, если можно.
Короткая пауза.
— Сильвия?
— У меня вот-вот начнется семинар по английской литературе. Сегодня я выступаю с докладом. Могу я зайти после семинара?
— Конечно.
— Через два часа?
— Отлично. Буду тебя ждать.
Вновь пауза.
— Можете сказать, в чем дело, профессор Голд?
— Никакой спешки нет, Сильвия, не волнуйся. Увидимся после твоего семинара.
— Привет, — поздоровалась со мной Лорен Мьюз.
Наступило следующее утро, я направлялся к зданию суда. Через несколько минут Флер Хиккори начинал перекрестный допрос.
— Привет, — ответил я.
— Ты ужасно выглядишь.
— Да, сразу видно опытного детектива.
— Волнуешься из-за перекрестного допроса?
— Конечно.
— Шамик его выдержит. Ты отлично поработал.
Я кивнул, но без должной уверенности. Мьюз шла бок о бок со мной.
— Насчет того номера, что ты мне дал… Плохие новости.
Я ждал.
— Телефон одноразовый.
То есть кто-то купил за наличные определенное количество минут и не оставил ни адреса, ни фамилии.
— Меня интересуют только звонки, как с этого номера, так и на него.
— Это сложно. По обычным каналам невозможно установить. Кем бы этот человек ни был, телефон он купил через Интернет анонимно. Мне потребуется время, чтобы получить информацию. А кое-где придется и надавить.
Я покачал головой. Мы уже подходили к залу заседаний.
— И вот что еще.
