В зале с часами запах бурой паутины тянется сквозь щель в потолке. Тук-тук-тук… Каждое дыхание Василисы становится жутко тревожным, как сердце под бодуном глухих часов. Она чувствует, что время приближается к концу жизни, и каждый тик отсчитывает последние секунды.
— В кошачьих глазах Маара отразилось пламя костра. — У тебя рыжие волосы и почти совсем нет веснушек. Я даже не знал, что так бывает…
Василиса вспомнила облик Белой Королевы и незаметно вздохнула. Вот кто красивая, так это ее мама…
— Извини, если считаешь, что я говорю глупости, — продолжил Маар. Он говорил спокойным, абсолютно будничным голосом. — Просто раньше я не встречал, чтобы девчонка была симпатичной и в то же время хорошим другом.
— Наверное, ты немного девчонок встречал, — пошутила Василиса и в то же время смущенно улыбнулась, весьма польщенная.
— Гроза — не девчонка, а настоящий пацан, — вполне серьезно произнес Маар. — Ты не видела, как она дерется, когда по-настоящему разозлится.
Василиса хмыкнула, всецело веря ему на слово.
— Слушай, а где она так долго ходит?
— Не переживай, Гроза любит одна гулять по лесу. Ей в замковом парке тесновато на самом деле… Но она все терпит, потому что учится своему любимому крылатому бою. А еще знаешь…
И вдруг по небу пробежал серебристый росчерк!
Василиса мгновенно вскочила на ноги.
«Хочу, чтобы с моими друзьями все было хорошо, — быстро зашептала девочка. — И главное, чтобы Фэш не стал Астрагором… Или нет, чтобы Астрагор не стал Фэшем», — немного сбилась она.
— Есть!
— А я не видел, — разочарованно произнес Маар, вставая. — А что ты загадала?
— Про друзей, — уклончиво ответила Василиса.
Маар хмыкнул.
— У тебя отличные друзья, — серьезно произнес он. — Надеюсь, как-нибудь вы все-таки примете меня в свою компанию.
Василиса с готовностью кивнула.
— У меня есть лапа старого клокера, — перейдя на веселый шепот, сообщил Маар. — Я стащил его у деда в мастерской. Давай попробуем узнать, кому раньше принадлежали эти пальчики…
Мальчик снова порылся в рюкзаке и достал из него настоящую железную кисть с суставчатыми пальцами.
— Ух ты! — восхитилась Василиса, пробуя вещь на вес.
— Это серебро, да?
— Ага…
Огонь догорал, ухудшая видимость, поэтому Маар подкинул в него полено, а еще подвесил в воздухе шар-светильник.
— Я придумал несколько новых слов, — добавил мальчик и достал часовую стрелу. — Но давай сначала ты, хорошо? Любое слово.
Василиса вытянула часовую стрелу и выкрикнула:
— Оживи!
— Слабо, — покачал головой Маар.
