В зале с часами запах бурой паутины тянется сквозь щель в потолке. Тук-тук-тук… Каждое дыхание Василисы становится жутко тревожным, как сердце под бодуном глухих часов. Она чувствует, что время приближается к концу жизни, и каждый тик отсчитывает последние секунды.
— Жалко, что для этого надо идти на этот ужасный день рождения.
— Не переживай, на фабрике мы сможем выбрать твоему братцу и сестричке какой-нибудь зловредный подарок. — Маар заговорщицки подмигнул. — Поверь, я большой мастер по розыгрышам.
— Я это уже поняла, — пробурчала Василиса. Но все же Маар ей понравился — у него была открытая улыбка да и вообще довольно приятное лицо, даже несмотря на золотую краску.
Как только мальчишка вышел, повелительница лютов обернулась к Василисе:
— Ну а теперь поговорим о наших делах.
— Да, ваше величество, — охотно ответила та. Ей вдруг пришло на ум, что во время праздника она вполне может помириться с Фэшем. А может, мальчишка сам уже остыл и просто не может ответить на ее письмо. Вон и от Захарры давно не было вестей.
Королева в задумчивости наблюдала за Василисой.
— А сейчас отнеси Стальной Зубок нашему Механику, раз он вернулся.
Василиса поклонилась и вышла.
Мальчишка действительно поджидал в коридоре, и Василиса передала ему просьбу Черной Королевы.
— Я пойду смою краску. — В его зеленых глазах на золотом лице промелькнуло по веселой солнечной искре.
— Только поторопись.
К счастью, Маар не задержался. Ровно через десять минут он предстал перед ней в нормальном виде: в темных брюках и чистой широкой рубашке, подпоясанной витым шнуром серебристого цвета. Василиса отметила про себя, что мальчишка обулся в туфли с заостренными носками, которые обычно носят часодеи. Выходит, он наверняка умеет часовать.
— Идем! Наша мастерская в конце сада, это недалеко.
