В зале с часами запах бурой паутины тянется сквозь щель в потолке. Тук-тук-тук… Каждое дыхание Василисы становится жутко тревожным, как сердце под бодуном глухих часов. Она чувствует, что время приближается к концу жизни, и каждый тик отсчитывает последние секунды.
Она уже хотела высказать деду все, что думает по этому поводу, но вовремя заметила насмешливый взгляд Маара и смолчала.
— Звездчатый сапфир, — тем временем вынес вердикт мастер. — Редкий камешек. При верном направлении часовой энергии на его поверхности появляется многолучевая звезда. Вот почему он проводит самые точные временные пути. Да, из этого вида сапфиров получаются очень сильные часоводы. А теперь проверим, в каком они состоянии.
Он долго рассматривал камни под самыми разными видами луп, после чего осторожно протер их мягкой черной тканью и, к облегчению Василисы, снова закрепил на лезвии.
Маар присоединился к деду и даже вполголоса что-то шептал ему.
— Надо наточить, да? — донеслось до Василисы. — Совсем затупился… Подать тебе точильный брусок?
— Как ты его носишь? — вдруг спросил мастер.
— Просто обматываю лезвие в ткань, — отозвалась Василиса.
— Так не пойдет, — категорически произнес мастер. — Маар, принеси те ножны, которые ты сделал. Думаю, они придутся в самую пору.
У Маара как-то неуловимо изменилось лицо. Он явно смутился.
— Ты думаешь? — забормотал он. — Э-э… впрочем, ну ладно, как скажешь.
«Наверное, ему неловко показывать свою работу, — подумала Василиса, наблюдая, как быстро удаляется Маар.
— Очень непростая вещь, твой ЧерноКлюч, — произнес мастер, не отрываясь от своей работы. — Его смастерил сам Эфларус, хотя ковали-то у фей, я слышал.
Василиса моментально вспомнила слова слепой Агаты.
— А что особенного в том, что Стальной Зубок ковали у фей? — с замиранием сердца спросила она.
Мастер хмыкнул.
— То и значит, что ковали его маленьким, а большим он стал при переносе в наш мир, где Эфларус добавил ему часоводы из звездчатого сапфира, настроил числовой знак.
— Мне никто не рассказывал, — огорчилась Василиса. А сама подумала, что слепая Агата, видать, совсем не сумасшедшая и точно не привиделась ей.
Дед хмыкнул и скосил на девочку один глаз.
— Да это и неважно все, — заговорщицки произнес он. — Главное, что ЧерноКлюч признал тебя за хозяйку. А значит, твоя это судьба, а не чья-либо еще…
Вернулся Маар.
— Держи.
