В зале с часами запах бурой паутины тянется сквозь щель в потолке. Тук-тук-тук… Каждое дыхание Василисы становится жутко тревожным, как сердце под бодуном глухих часов. Она чувствует, что время приближается к концу жизни, и каждый тик отсчитывает последние секунды.
Я уважаю твоего отца и Елену, его самую близкую… — Марк сбился, осознав, что говорит не то. — В общем, в доказательство моих добрых отношений я мог бы сделать тебе подарок… Например, заставку в часолисте.
— Спасибо, но у меня уже есть личный уголок.
Некоторое время Марк размышлял. Василиса терпеливо ждала. Она уже поняла, что сегодня вряд ли попадет к Маару: часы показывали без пятнадцати десять, а ровно в десять в замке начинался ночной час и ходить по коридорам запрещалось. Кроме того, ей стало интересно, чем это Марк решил купить ее дружбу.
— Ну хорошо… а заставку в заставке? — Парень хитро прищурился. — Там ты сможешь хранить самые тайные вещи.
— То есть это секретное место в моем личном уголке? — заинтересовалась Василиса. — Что-то вроде сейфа, что ли?
Марк медленно покачал головой из стороны в сторону.
— Не-а… Это гораздо круче. Например, если твой личный уголок рассекретят, ты сможешь уйти во второй, еще более секретный кусок пространства. Часто бывает, что твою заставку проверяют, а ты даже не знаешь.
— А-а, значит, твои родители так поступали, да? — с любопытством спросила Василиса. Она ведь вообще ничего не знала о семье Ляхтичей.
Реакция Марка ее изумила: черные зрачки его глаз вдруг сузились, а лицо стало одного оттенка с волосами — пепельно-серое.
— У меня нет родителей… — с усилием произнес он, на какое-то время став прежним Марком — злым и надменным.
Василисе стало неловко.
— Я же не знала, прости, — пробормотала она. — А то не спрашивала бы.
Марк глухо вздохнул, словно сдерживая гнев.
— Ничего страшного… Все равно я никогда их не видел.
Судя по всему, эти слова дались ему очень нелегко. Он посмотрел на Василису с вызовом, как будто ожидал насмешки с ее стороны. Поэтому девочка поспешила сама перевести разговор на прежнюю тему:
— Так, значит, это будет два личных уголка, но один в другом, да?
— Именно так, Василиса.
От Василисы не укрылось, что Марк назвал ее по имени. Может, он действительно решил стать ее другом?
— Ну, посмотрим… — пошла она на попятную. — Это интересно, конечно… Погоди, — вдруг пришла ей в голову мысль.
