В зале с часами запах бурой паутины тянется сквозь щель в потолке. Тук-тук-тук… Каждое дыхание Василисы становится жутко тревожным, как сердце под бодуном глухих часов. Она чувствует, что время приближается к концу жизни, и каждый тик отсчитывает последние секунды.
Тем временем Норта и Дейлу усадили на два кресла с высокими спинками, и началась церемония вручения подарков. Певучим, жеманным голосом Елена объявила, что Нортон-старший извиняется за свое отсутствие ввиду важных государственных дел, но прибудет, как только сможет. А кроме того, продолжила вещать Елена, так как это первое день рождения двойняшек на Эфларе, он отменяет символическую традицию не дарить детям никаких подарков на пятнадцатилетие. Вследствие чего он преподносит в дар своему старшему сыну Норту настоящего дрессированного часоящера, способного летать на очень длинные временные расстояния, а дочери — чудесную тонкорожку с золотым рогом.
Среди гостей послышались восхищенные охи и ахи, многие захлопали. Дейла выглядела изумленной: она постоянно озиралась, наверное, в поисках вожделенного подарка. Похоже, эта мысль занимала не только ее: Норт вытягивал шею, будто ждал, что сейчас в залу введут его часоящера.
— Нехило, — прошептал Маар. — А тебя чем на день рождения балуют, интересно?
— Ну, отец часолист дарил, — так же тихо ответила ему Василиса.
— А-а, понятно.
Маар замолчал и прищурился, думая о чем-то своем. Девочка вдруг вспомнила, какой у него самого был потрепанный часолист, и ей почему-то стало неловко.
Она уже собиралась рассказать Маару, что вообще-то ее часолист был единственным подарком отца на все ее тринадцать дней рождений, как неожиданно снаружи донесся чей-то громкий свист и вслед за ним мощный звериный рык.
Возбужденно переговариваясь, гости поспешили к окнам.
Надо сказать, их взору открылось невиданное зрелище! В небе, на уровне верхних башен, парило странное существо, похожее на дракона. У него было узкое туловище, покрытое блестящей темно-зеленой чешуей, костяной гребень, идущий вдоль тела, и длинный хвост с наконечником как у часовой стрелы. На остроносой морде горели злобные ярко-алые глаза. Но самое интересное — зверем управлял всадник: издалека можно было разглядеть, что у него светлые волосы и костюм из черно-золотой ткани.
— Интересно, кто это? — вслух поинтересовалась Захарра. — Непросто управлять ящером…
— Это Марк, кто же еще. Не видишь, как красуется.
Узнав столь знакомый голос, Василиса еле сдержалась, чтобы не обернуться. Вместо этого она лишь скосила взгляд: ну да, пожалуйста, за левым плечом Захарры сам Фэш нарисовался.
— Наверняка он будет участвовать в гонках, — продолжил мальчик. — И конечно же Огнев-младший даст ему на время свою зверушку.
