Половину девятого утро. Мужчина бежит по дому, спеша успеть на работу до обострения боли в спине. Но ни работа, ни встреч с друзьями не могут его отвлечь от мыслей о предстоящей встрече. Она потенциально может перерасти в кошмар. Каждая минута кажется вечностью.
— Чума звонит… то есть из её приёмной это… Ну не могла же она так сразу вычислить… Совсем мало времени же прошло…
Дина включила громкую связь.
— Дина, это Наталья Викторовна, — назвалась секретарша директрисы. — Я отчётные документы оформляю, и мне срочно нужна твоя справка. Можешь сейчас занести?
— Хорошо, — вымолвила Дина и вопросительно посмотрела на Эрика.
— Может, ей и правда всего лишь справка нужна. Но всё равно как-то странно совпало. Попроси лучше кого-нибудь, Полину ту же. Пусть она занесёт.
— Да ладно! Она и раньше всегда с нас справки требовала для отчётности, даже если всего один день болеешь.
Дина коротко засмеялась, но смех получился вымученным.
— Лучше не теряй времени. Иди сейчас к Никите, заливайте ролик. И сразу же потом уедем.
Она достала из сумки телефон и справку, накинула кофту.
— Зябну всё время теперь почему-то, — грустно улыбнулась Дина.
Эрик приобнял её, поцеловал в висок.
До лестницы они шли молча, словно опасаясь, что их могут подслушать. Потом Дина спустилась на первый этаж, он проводил её взглядом и, развернушись, отправился на третий. И хотя её доводы казались логичны и убедительны, на душе́ всё равно было тягостно и тревожно.
67
Эрик уже поднялся на «мужской» этаж, когда его сзади окликнули.
— Маринеску! Погоди-ка. Разговор есть.
Сердце пропустило удар, а на загривке ощутимо встали дыбом волоски. Эрик, сглотнув, медленно оглянулся.
С четвёртого этажа к нему спускался Приходько…
Эрик замешкался, и это не укрылось от внимания физрука. Покачав головой, Дмитрий Константинович усмехнулся.
— Сами придумали, сами испугались, да?
В голове сразу щёлкнуло: «придумали» — выходит, он и про Дину знает? Чёрт! Мысли лихорадочно заметались: что делать, как себя повести, как, самое главное, отвлечь его от Дины? Может, прикинуться, что они ни при чём? Не мог же он так быстро пробить, кто ему писал.
Дина… Только бы он до неё не добрался!
— Да не очкуй, Маринеску.
