Тот нормально. А что?
– Ничего! Просто спросил.
– Просто, просто! А я вот думаю, не просто у тебя всё в последнее время, особенно как трубки сняли!
– Не нагнетай! Кто он, этот из восьмой палаты?
– Раз спрашиваю, значит, надо!
Александру трудно было возражать, тем более когда он был настойчив, но немногословен.
– Крутой чел. Здесь простые не лежат, ты знаешь. Что я ещё могу сказать? Сегодня оперировался, прогноз благоприятный. Думаю, одним облучением обойдётся.
– Что женщина? Не знаю. Вроде не жена. Любовница. Жена тоже приходит, но редко и по-быстрому. А эта порой сидит весь день.
– Ты в своём уме? Я откуда знаю! Вроде журналистка, на каком-то местном канале вещает по пятницам. А что?
– Опять просто! Ты что, втюрился в неё?! – Аркаша заплясал свой обычный танец, перебирая ножками.
– Слово как раз подходящее и как нельзя подходит умирающему мужику глубоко за полтинник… Да, кстати, а этому… из восьмой, сколько лет?
– Хочу расстроить. Сорок два.
Александр задумался, пытаясь высчитать разницу.
– Да, прилично! А мне не показалось. Думал, вроде ровесник.
– Это ты со зла, Саш. Я его при полном параде видел, когда он на консультацию приходил. Отлично выглядит, даже моложе своих лет.
– Вот это ты у неё спроси, – Аркадий закатил глаза. – И на что тебе это сдалось? Антонине лучше позвони.
– А надолго он к вам? – Александр не слышал его, ему было интересно только то, что каким-то образом касалось загадочной незнакомки. Он отдавал себе отчёт, что многое напридумывал, но по-другому не получалось и не хотелось. Это было целым действом, и ему нравилось в нём участвовать.
– Недели на три, потом вроде в Израиль собрался. Ну что притих? О чём ты думаешь? Точно! У тебя разум помутился! Ну что ты там насочинял себе? Я понимаю: время не из лёгких выпало. Но так тоже нельзя!
– А что можно, Аркаша?
Он уже давно не смотрел телевизор – только новости и только в интернете. Завтра пятница! Будет фанатично отслеживать все каналы, но обязательно найдёт её. Просить разузнать Аркашу было бесполезно, а Зоя помогла. С полуслова поняла и выдала всю нужную информацию.
Какая-то безликая передача шла по Пятому, и она опрашивала заумного старикашку в очках с толстыми стёклами. Александр не вникал, о чём речь, – он смотрел на неё: молча, оценивающе и беспристрастно. Поразил её голос, низкий, но мягкий, манера говорить руками и застенчивая улыбка, несмотря на которую она производила впечатление вполне сильного человека. Каково же было его удивление, когда он узнал её имя.