Светлана Васильевна Спиридонова живет в хрущёвке на улице Ветеранов в Ленинграде с мужем и дочерью Танюшей. Соседи видят странные звуки из квартиры, что вызывает подозрения. На фоне этой обстановки разворачивается драма о непредсказуемом внутреннем мире героев.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Часы без циферблата, или Полный ЭНЦЕФАРЕКТ»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Светлана Васильевна Спиридонова живет в хрущёвке на улице Ветеранов в Ленинграде с мужем и дочерью Танюшей. Соседи видят странные звуки из квартиры, что вызывает подозрения. На фоне этой обстановки разворачивается драма о непредсказуемом внутреннем мире героев.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Светлана Васильевна Спиридонова живет в хрущёвке на улице Ветеранов в Ленинграде с мужем и дочерью Танюшей. Соседи видят странные звуки из квартиры, что вызывает подозрения. На фоне этой обстановки разворачивается драма о непредсказуемом внутреннем мире героев.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он чуял, что всё вертится вокруг палаты номер 8, но что именно – никак не мог понять: то ли та женщина, то ли пациент, а может, и оба вместе.
Она появилась лишь поздним вечером в последний день перед выпиской Максима, была начисто простужена, и защитная голубая повязка закрывала пол-лица, от чего глаза казались больше и темнее, до краёв полные невыносимой тоски и сожаления. Он чуть не задохнулся от неожиданности, сердце сжалось, казалось, оно не выдержит этой муки и остановится навсегда.
– Я думал, больше не увижу тебя. А ты заболела, – ему захотелось подойти ближе, она поняла и отошла на шаг назад.
– Не подходи! Я боюсь заразить тебя.
Сегодня она была терпелива и не реагировала на его язвительный тон.
– Он завтра выписывается. К обеду будут готовы документы, и мы покинем клинику. Я пришла попрощаться.
– Побудь со мной. Совсем немного. И сними эту чёртову маску. Я хочу тебя видеть.
Она послушно сняла, но не сделала ни одного шага навстречу, так и осталась стоять у самых дверей. Он понял: она чувствует, что значит для него. С её стороны это не было жалостью или уважением, это было то, что называется вопреки. Она боролась с собой, со своими иллюзиями, чем-то придуманным и в то же время влекущем и запретным.
– Останься со мной! Навсегда…
Он смотрел ей прямо в глаза, и его трясло, как в лихорадке. Александре передалось волнение, и она не могла оторвать взгляда, стояла как заворожённая, потом, опомнившись, быстро открыла дверь и выскочила на свободу. Он не мог остановить её, не мог приказать, потребовать – она не принадлежала ему.
Наступила такая пустота, которую Александр никогда ещё не испытывал, и она добивала его, разрушая до основания. Непонятно было, как он вообще смог выжить после подобного потрясения, и не потому, что ушла и отказала, а потому, что больше не увидит, не будет жить изо дня в день в надежде столкнуться с ней в коридоре больницы или ждать, пока она тихо постучится.
Утром забежал Аркадий. Александр выглядел уставшим, и на него трудно было смотреть.
– У меня к тебе просьба. Мне важно.
– Когда пациент из восьмой палаты – кажется, его зовут Максим – будет уходить из клиники, сразу сообщи мне. Только сразу, Аркаша. Это очень важно для меня. Ты слышишь? Очень важно.
Аркадий Соломонович уже ничему не удивлялся.
– Документы я подготовлю к часу дня. Значит, в 1:30, я думаю.
– Хорошо. Я наберу тебя или зайду. Да не волнуйся так. Сказал же, сделаю!
Александр ещё надеялся увидеть её, то и дело поглядывал на часы. Чёрные стрелки никогда не двигались так мучительно медленно. Может, сломались? Но они шли, вернее, незаметно ползли, обозначая время, которого не существует, которое придумали люди, и теперь сами стали его заложниками.
К 12:45 он осознал бесполезность своего ожидания и подошёл к окну.
