Несмотря на приятное утро с росистым светом, я чувствовал себя немного замкнутым и напряженным. Взгляд в зеркало был каким-то старым и знакомым — старое зеркало, через которое я видел не самого себя, а свое прошлое.
На каждой полке расположились коробки, с кривыми подписями — судя по последним тут хранились документы.
Мать-настоятельница сидела за столом. Женщина была облачена в просторную рясу белого цвета. Голова была покрыта так, что ни одного локона не выбивалось из-под ткани. Я решил, что Ольга едва ли достигла сорока пяти лет, хотя она могла быть куда старше, но сила не позволяла ей стареть. К тому же отсутствие косметики делало ее образ свежее. И едва дверь за нами захлопнулась, женщина отложила в сторону бумаги, которые до того заполняла, и подняла голову.
— Добрый день, — с приятной улыбкой сказала она. — Вы извините за тесноту и беспорядок, но в нашем архиве случилась оказия. Прорвало трубы, затопило помещение и часть документов пришли в негодность. А спасенные пришлось разместить в кабинетах. Теперь вот приходится их разбирать, разносить по папкам...
Я подумал, что это очень удобно для того, чтобы затем списать потерю данных на происшествие. Не удивлюсь, если часть дел выпускников окажутся утраченными навсегда.
— Вы бы могли вызвать водника. Он восстановит бумаги, которые вы считаете испорченными, — неожиданно предложила Нечаева. — В доме моего батюшки однажды пострадала библиотека. И все книги вернули к первоначальному состоянию.
Мать-настоятельница закусила губу, очевидно смущенная этим предложением.
— Документы не настолько ценные, чтобы тратить деньги на хорошего стихийника. Приюту важнее починить трубы. Мы, к сожалению, ограничены в наших тратах.
Я бы мог возразить, вспомнить убранство холла, но решил не поднимать ту тему. Мы тут были совсем по другому вопросу, и не стоит настраивать настоятельницу против себя.
— Привратница позвонила с поста и сказала, что ко мне пожаловал господин Чехов с сопровождением.
— Я секретарь адвоката, — с готовностью сообщила Нечаева.
— И по какому делу я вам понадобилась? Неужто кто-то из бывших воспитанников натворил что-то недостойное?
— Мы хотели бы узнать про одного из ваших выпускников, — ответил я. — Его все зовут Семкой. Полагаю, что на самом деле его полное имя Семен.
Женщина удивленно изогнула бровь и переспросила:
— Семен? Какой именно? Вы знаете его фамилию?
— Думаю, что вы его вспомните и без нее.
![Обложка книги Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]](/uploads/posts/images/1/chekhov-kniga-8-temnyi-vsadnik-si.jpg)
