И потом… мы никогда не обсуждали с тобой, что произошло в ту ночь в твоей комнате.
— Нечего обсуждать, — с тяжелым сердцем ответил я. — Я помню лишь то, что она вошла в мою спальню. А потом дико закричала и побежала прочь.
— Ты был слишком мал…
— Дело не в этом, — оборвал я бабушку. — Я помню все дни до этого события и каждый день после него. Но именно в тот момент, когда Маргарита осталась со мной наедине, память меня подвела. Я помню только холод и ничего больше…
— Она тоже не помнит, что произошло. Почти неделя горячки и потеря ребенка сказались на ней не лучшим образом.
— На всех нас, — поправил я бабушку. — И я не виню отца за то, что он выбрал эту женщину, потому что меня он тогда не понимал. Думаю, он просто не знал, что ему делать со мной.
— Он не мог оставить тебя в доме одного, даже с толпой охраны. А в моем жилище, полном призраков, ты был в безопасности. Тогда на него совершали покушения едва ли не каждую неделю.
— Конечно, — согласился я. — Мне повезло, что ты точно знала, что со мной происходит.
— Я лишь догадывалась, мой мальчик. Потому что не помнила, каково было мое собственное становление в твоем возрасте.
Мы вновь замолчали, и я вдруг отчетливо осознал, что бабушка сжимает сейчас трубку, ожидая от меня что-то вроде осуждения. Поэтому уверенно ответил:
— Ты всегда была для меня опорой. И знаешь, кажется, что мы с отцом сможем найти общий язык.
— Было бы славно, — выдохнула женщина. — Когда родится ребенок…
Она осеклась, словно сказала что-то лишнее.
— Это будет хорошо, — продолжил за нее я. — Только я очень надеюсь, что следующий Чехов не будет некромантом. Еще один темный в семье точно окажется под прицелом Синода.
— Мы отбелили репутацию темных, — возразила Софья Яковлевна. — Ты особенно постарался, Павел Филиппович. Того и гляди, тебя попытаются возвести в канон святых!
Судя по звуку, княгиня трижды сплюнула. Я на всякий случай сделал то же самое.
— Значит, ты решил, что эта милая девушка может стать тебе парой… — сменила тему некромантка. — Надеюсь, ты понимаешь, что даже если семья Арины Родионовны согласится на помолвку, ты должен вести себя сдержанно?
Мне показалось, что даже уши у меня покраснели. И едва выдавил из себя:
— Я просто должна была тебе это сказать! А девушка мне очень понравилась, даже учитывая ее особенности.
— Тебе Морозов разболтал? — проворчал я.
— Только недавно ты отзывался о нем с теплом, а теперь недовольничаешь, — со смешком заметила княгиня.