— Он шутит, — тихо пояснила ему девушка и укоризненно покачала головой. — У некромантов плохое чувство юмора. Он просто не знает, что такие хорошие пенечки надо хвалить. Но ты не переживай. Наш некромант исправится. Я за этим прослежу
Тотем прищурился, хмыкнул и покосился на меня с видом победителя. А я понял, что, даже не используя свои таланты, Арина Родионовна сможет найти общий язык с моей тьмой.
Через несколько минут Леший вернулся и выглядел взбудораженным.
— Мастер, идемте за мной.
Он прошагал в сторону камер для задержанных. Мы последовали за призраком.
Леший остановился у одной из комнат, указал на решетку, словно приглашая зайти. И я прошел в помещение.
Оно было небольшим. И пустым, если не считать лавки у стены и ведра в углу.
— Видите странное, мастер? — послышался шелестящий голос Лешего.
Я вошел в камеру, взглянул на бетонный пол. Казалось, словно его недавно тщательно отмыли. И задумчиво произнес:
— И правда, странно. настолько чистым здесь пол был, наверное, только когда построили опорный пункт.
— Все верно, мастер, — подтвердил Леший. — Никогда при жизни не видел, чтобы в камерах кто-то так старательно все вычистил. Это неспроста.
— Словно хотели замести следы, — пробормотал я.
Стоявшая у входа Арина Родионовна зябко поежилась. Она оглянулась, убеждаясь, что жандармы остались на пороге отделения и не слышат нашей беседы.
— Остатки темной силы словно впитались в бетон, — сказала Нечаева.
Я обернулся к девушке и уточнил:
— Эта сила от злых призраков. Как от тех невест, которые на вас напали. Помните?
О подобном опыте вряд ли получится забыть, и потому я лишь кивнул.
— Значит, призраков держали здесь, — заключил я и обернулся к Фоме. — Какой-то шаманский ритуал?
Тот немного подумал. Прикрыл глаза и прошелся по бетону пьяной походкой, словно рисуя своими следами какой-то странный узор. Я терпеливо ждал. Воздух сгустился и стал вязким. Дышать сделалось сложно. Нечаева не сдвинулась с места. Ее глаза горели жутковатым огнем, а черты лица заострились.
— Тут творилось что-то неправильное, — наконец заговорил Фома. — Чтобы сковать духов, нужен сильный ритуал. Который ограничил бы их в пределах одной очерченной части помещения.
— Выходит, кто-то в отделе запер призраков в камере? А потом они вырвались и изничтожили всех живых? — начал вслух размышлять я. — Или…
От внезапной догадки я замер. А затем пробормотал:
— Или кто-то приехал в отдел и привез призраков с собой. Голодных и злых, которые уже пробовали жрать живых.