Которое пыталось влиять на их разум, и нашептывало всякое дурное. А что?
— То, что здесь нет призраков, — ответил я. — Ни одного.
Жандарм удивленно посмотрел на меня, а затем на его лице проступила усталая улыбка:
— Вы их прогнали? Так быстро? Спасибо вам, мастер. Не зря о вас говорят, что вы святой человек…
— Призраков здесь не было, — повторил я мрачно, пропуская мимо ушей слова о моей святости.
— Да как не было? — удивленно крякнул жандарм. — Все видели, как они парней на куски порвали. Крики стояли такие, что уши заложило. И жрецы, которые трупы выносили, говорили, что в здании чертовщина всякая творится. Да я сам, собственными глазами видел. Видел, как предметы сами по себе летают, шепотки разные, которые на нехорошее подговаривали. Я едва не вынул дубинку, чтобы ею ударить… того, кто стоял рядом.
— Сам, говоришь, видел, — пробормотал я.
— Не сойти мне с этого места, — офицер осенил себя знаком Искупителя, а потом опомнился и добавил, — Под присягой могу повторить, что вам сказал, мастер Чехов.
Я заложил руки за спину и прошелся по комнате. В голове не укладывалось, что призраки после того, что сотворили, могли просто испариться. Уйти сами они не способны. Уничтожить их после кормежки способен только кто-то умеющий и знающий, как это делать. Кто-то с опытом.
Я позвал Лешего и Митрича, которые скучали у стены, и скомандовал:
— Осмотрите здесь все внимательно.
— Что ищем? — деловито осведомился бандит.
— Что-то странное, чего тут быть не может, — хмуро отозвался я.
Призраки разбрелись по зданию.
Через порог переступила Нечаева. Она держала за корень пенек, который важно вышагивал рядом, словно песик на поводке.
— Не думаю, что вам стоит сюда заходить, — озаботился я.
— Мне тут ничего не грозит, — возразила девушка и добавила, — К тому же надо мне привыкать ко всякому не самому приятному.
— Не хотелось мне, чтобы вы привыкали к чему-то плохому, — признался я, борясь с желанием вывести девушку прочь.
— Приятно, что вы заботитесь обо мне, Павел Филиппович. Но мир не цветочная клумба. Да и я далеко не безобидная фиалка.
Ее голос сменил тон, став чуть ниже. По моей спине прошлась волна мурашек. Я невольно вспомнил сестру Арины Родионовны, с хищным взглядом, и кивнул. Она права. У меня не получится оградить невесту от тьмы. Потому как та повсюду.
— Тотем не хулиганит? — спросил я, чтобы разрядить обстановку.
Пенек икнул и изумленно расширил огненные глаза. Потом перевел взгляд на Нечаеву и обиженно закряхтел, словно прося поддержки.