А кто его возглавлял в тот момент?
— Щукин, — ответил отец. — Его семья была богата, и почти сразу после окончания учебы получил должность. У него были блестящие перспективы, только проработал он недолго. Ему нужно было поймать нас, уж очень многим мы перешли дорогу. Но не справился, за что его и перевели на азиатскую границу.
— Выходит, Щукин узнал, кто возглавлял банду, раз решил взяться за нашу семью, — пробормотал я. — Хотел найти призраков, чтобы с их помощью привязать нас к убийствам давно минувших дней.
— Может так и есть. Причин на это у него было много.
— Нам очень повезло, что он пропал, — ответил я. — И я сильно надеюсь, что это последняя ниточка, которая ведет к твоему прошлому. Хорошо бы зачистить призраков, которые остались после ваших дел. И побыстрее найти подражателей, которые зачем-то хотят насолить семье Чеховых.
Нечаева деликатно откашлялась и неожиданно предложила Фоме:
— Может мы с вами пройдемся по саду? Думаю, родственникам найдут о чем поговорить о без наших ушей.
Я подумал, что мы уже достаточно обсудили, но Арина Родионовна выразительно посмотрела на меня и взяла под локоть Фому Ведовича.
— Мне очень нравятся вон те цветы, — заявила она, указывая куда-то в сторону.
Филипп Петрович задумчиво смотрел вслед Питерскому, который вел девушку по тропинке.
— Ты выбрал хорошую спутницу, — наконец произнес он. — Если честно, не ожидал, что она окажется такой.
— Какой? — осторожно осведомился я.
— Светлой, улыбчивой. Она очень похожа на твою маму. Мне отчего-то казалось, что тебе больше по вкусу придутся яркие и роковые дамы вроде Регины.
Я пожал плечами, и мужчина покачал головой, прежде чем заговорить:
— Прости, что я тогда вмешался. Не стоило пытаться помогать тебе. Но я решил, что поступаю правильно, обеспечив тебя компаньонкой.
— Ты сделал это не для того, чтобы мне было хорошо, отец, — решился я на откровение. — Тебе было важно, чтобы все было под контролем. Регину ты мог контролировать. И если бы я потерял голову, то она бы просто исчезла или погибла от несчастного случая. Верно?
— Я бы не стал вредить девушке, — возразил князь и нахмурился. — Ты правда считаешь, что я настолько жестокий?
— Хочешь сказать, что не рассматривал такой возможности?
— Я не верил, что ты потеряешь голову. Это во-первых, — отец поднял указательный палец. — А во-вторых, для Регины был выправлен паспорт в Британию. Ей досталось бы другое имя и хорошее приданное, которым она смогла бы распорядиться по своему усмотрению.