Автор
В Человеческом Улье мир тесен и ужесточен. Жизнь метко наносит критические удары, заставляя каждый шаг быть последним. Атмосфера наполнена тайной и неожиданными поворотами судьбы, где каждый из нас — забота природы или убийца своего проекта.
Похоже, «Человеческий улей» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Есть! Пошло! И в тот же миг перед глазами начало темнеть, рукоять выскользнула из повисших плетьми рук, пошатнувшись, он невольно отступил назад и успел увидеть, как в мир вернулась нормальная скорость и асфальт быстро приближается к лицу.
А затем опустилась завеса беспросветного мрака.
Глава 25
Пробуждение было не из тех когда открываешь глаза и обнаруживаешься себя лежащим на шелковой простыне рядом с шикарной женщиной, а через колышущиеся занавески пробиваются ласковые солнечные лучи, и ветер шелестит листьями пальм за окном.
Карат лежал в холодной луже, которая быстро разрасталась на россыпи зловонных костей. Над головой сверкали молнии, почти непрерывно грохотал гром, лило так, будто попал под перезагрузку Ниагарского водопада. Ногу терзала столь нестерпимая боль, что хотелось взвыть на всю округу. Но приходилось помалкивать, потому как рядом слышалось хорошо знакомое урчание которое твари издают при виде вкусной пищи.
Неужели он не прикончил второго топтуна и тот теперь доедает Гранда, оценивающе поглядывая на Карата? Да нет, вроде урчание совсем уж скромное, не сравнить с тем, что издавали цокающие пятками твари.
"Боль терзала не только ногу — все тело побывало в лапах изощренного садиста, не обделившего своим жестоким вниманием ни единого клочка кожи, ни единой косточки. Поворачивая голову едва не потерял сознание, шею будто колючей проволокой обмотали и затянули потуже. Наконец, разглядел источник зловещего урчания.
Ну да, явно не из матерых. Бегун или что-то в этом роде. Бегунья. Дождь намочил волосы и одежду, при свете вспышек молний казалось, что перед ним нормальная девица с достойной фигурой. Но нет, это уже не человек, а монстр, дерганые движения выдают.
Рука, потянувшаяся за ружьем, замерла. Пусть Карату и крепко досталось, но из ума он не выжил. И вообще, резко поднабрался опыта, пусть и негативного. Не надо торопиться нашуметь. Ведь выстрел — очень громкое дело. И плевать, что до этого он высадил шесть патронов.
