В дверном проеме темного дома, где давно никто не жил, ключ в нажата руке. В это мгновение - первый октября - все стало меняться для Никиты Сафонова. Он переехал туда с двух спортивных сумок и офисным креслом, нарушая правила.
– Конюшня в виде буквы «Г», и я уверен, что из дальних ворот никто не выбегал, потому что они плотно закрыты. Девочка-ниндзя, ей-богу. Терминатор и ниндзя за одно утро… Не хватает еще человека-паука. Нет, ты не годишься, – фыркнул он, заметив слабую усмешку на лице Макара, – ты человек-клещ.
– Я не человек, а золото.
– Мягкий и пластичный? Обладаешь низким сопротивлением? Растворяешься в царской водке?
Маша задумалась, вычерчивая пальцем на столе абстрактные фигуры.
– Сережа, ты осмотрел все денники в конюшне? – вдруг спросила она.
Бабкин тяжело вздохнул.
– Я вообще все осмотрел. Разве что на второй этаж не поднимался, но Козлова не успела бы туда взбежать, лестница с другой стороны. Даже в душевую заглянул… Выход на манеж у них неподалеку от лестницы, ее и там не оказалось. – Он вдруг закипел. – Да она физически не успела бы… Я за ней все окрестности оббегал, но отстал на пару минут буквально.
– Были лошади, которые лежали в своих денниках? – перебила Маша.
– Лежали?
– Да, да! Не стояли, а лежали.
– Не было, – решительно сказал Бабкин. – Они все тянулись ко мне и хотели сожрать или лягнуть. Особенно один коняга там лютовал, белый такой, свирепый, аж сопли из носа текли…
Он вдруг замолчал. Белый конь… Да, белый лупил копытами в стенку, как боксер по груше. Но был еще вороной, с длинной гривой, заплетенной в косички.
– Вообще-то один лежал, – неохотно признал Сергей. – Здоровенная такая зверюга. Копыта как столбы.
– Достаточно здоровенная, чтобы за ним могла спрятаться миниатюрная девушка?
Несколько секунд Бабкин смотрел на жену.
Однако кое-что ему все-таки удалось выяснить.
– Студента зовут Алексей Еврашкин, он снимает у Козловой половину дома. Собственно, это всего одна комната. То, что он говорит, полностью подтверждает рассказ матери Артема. Это Еврашкин заметил, что на конвертах стоят фальшивые штампы, но о том, кто напал на Козлову, ему известно не больше, чем нам.
2– Аня никого не убивала, – сказал студент.
Поняв, что Бабкин раскусил его обман, он сбросил маску новичка и теперь смотрел на Сергея неприязненно и без капли страха. Когда Бабкин повел его к выходу, взяв чуть повыше локтя, студент дернул рукой и взглянул на сыщика недоуменно, будто говоря: «Ну, это уж совсем лишнее». Тот разжал пальцы.
– Ты, часом, не медицинского вуза студент? – спросил Бабкин, щурясь от солнца. – Нет? Жалко.
