Из золоченых рам на него глядели портреты. Тут были старики и юноши, тут были женщины и девушки. Одни одеты богато, другие — в лохмотья, и все-таки в глазах у всех он видел радость жизни.
А он был в западне. Он мог уже не принимать участия в делах фирмы и все-таки это не спасало, потому что, провалившись, Цауна с Аргалисом заложат и его, Зутиса. Сразу же. Чтобы спихнуть вину на изобретателя машины, чтобы выпихнуть его вперед и сделать жертвой. Ох, какая же подлая эта машина со стальными челюстями!
Кто он, Зутис, теперь? Свободный человек? Какой вздор! Он уже почти покойник. Как неизлечимо больной, который живет в ожидании смерти. Через полгода. Через год. Через полтора. Но костлявая все равно придет. Что же ему сейчас делать? Кутить? Швыряться деньгами? Да, теперь уже все равно.
И тут Зутис разглядел крошечный лучик надежды в этой кромешной тьме. Этот лучик призывал его немедленно упаковать вещи и уехать. В потайном ящике письменного стола лежала пачка денег, он не хотел ждать завтрашнего дня, поэтому отправился в путь, прихватив только это.
Через неделю майор устроил взбучку Синтиньшу за исчезновение Зутиса.
— Мне и в голову не могло прийти, что он исчезнет моментально, в тот же вечер, — оправдывался инспектор. — Машина в гараже, квартира в полном порядке, а самого нет.
— Может, вернется? — подумав, сказал начальник отдела.
— Обязательно! Ни одна из таких птичек еще не бросала своего добра.
ЛЕЙТЕНАНТ ДОБЕН, ЗАЙДИТЕ КО МНЕ!
Глава 6
Эти три дня были не из тех, что тянутся как вечность. Эти три дня пролетели быстро.
По утрам я сидел в отделе, а к полудню отправлялся в управление прослушивать в маленькой комнатушке магнитофонные записи за прошлую ночь и утро. Все единодушно решили, что мне нет смысла скучать рядом с помощниками дежурного всю смену, тем более, что целые сутки я все равно сидеть не мог. Добрые и любезные коллеги, помощники дежурного, отмечали время, когда сообщалось что-нибудь такое, что могло меня заинтересовать, и таким образом прослушивание занимает у меня не больше часа.
Утром последнего дня, из отпущенных Шефом, я встречаюсь с ювелиром. Он работает в небольшой мастерской, где ремонтируют также часы.
Ювелир завел меня за барьер, чтобы клиенты в очереди не слышали, о чем мы говорим.
Заключение он уже написал, и я быстро пробегаю его глазами.
— Дымчатый топаз, — читаю я. — Что значит дымчатый топаз?
— То самое и значит, — ювелир морщит лоб.
— Драгоценный камень?
— Так называемый полудрагоценный.
— Кольцо даже не из серебра. А мне показалось дорогим и красивым.
— Я думаю, что его сделал кто-нибудь из народных умельцев. Тонкая работа. Мельхиор вместо серебра взят умышленно, потому что прочнее, а цвет такой же.
— Сколько такое кольцо может стоить?
— Не меньше двухсот.