Автор
Захватывающий детективный роман о расследовании преступной деятельности опасной группы расхитителей. Автор мастерски сплетает напряженный сюжет с неожиданными поворотами, показывая кропотливую работу милиции по разоблачению преступников и раскрывая глубинные причины их преступлений.
В последние годы он опирался на рутину — раскроить по шаблону костюм для него не составляло никакого труда: как съесть, скажем, завтрак или пройтись до газетного киоска. С интересом он работал, если попадалась ткань с ярким рисунком или кривобокие клиенты. Если случалось, что он ошибался, то на примерке это обычно можно было исправить. Теперь индивидуальный пошив по сравнению с массовым казался Вильяму этаким паровиком, совсем тихоходным, который точно в срок и без всяких недоразумений прибывает на все станции и в пункт назначения.
Когда лабораторию привели в порядок, у Вильяма больше не оставалось времени на библиотеки, но он решил не бросать начатое дело. В библиотеках он находил для себя все больше интересного.
Лаборатория находилась на четвертом этаже дома, расположенного со стороны улицы. Сверху и снизу ее окружали квартиры, а из окна открывался вид на черную просмоленную крышу конюшни и на кошек, которые по ней прогуливались. Это была довольно просторная комната со входом прямо с лестницы. В прошлом это была контора бывшего домовладельца, здесь он принимал квартплату. Другая дверь вела в квартиру домовладельца, но теперь она была замурована и лишь неровная штукатурка указывала на этот вход.
Посреди помещения во всю длину стоял раскройный стол с бейцованным краем, над ним с потолка низко нависали лампы дневного света. Вдоль одной стены — крючки для полугодовых и готовых комплектов лекал, вдоль другой — конторские шкафы, несколько табуреток и огромное кожаное кресло, в котором можно утонуть, как в пуховой перине. Кресло, вероятно, принадлежало домовладельцу и оно еще не исчезло отсюда то ли потому, что было огромным, то ли потому, что его занесли в список инвентаря.
Ирена, провалившись, подпрыгивала в нем и весело смеялась, как умеют смеяться только дети.
Для работы ей выдали три инструмента — ножницы, сапожный нож и скальпель — вырезать начерченные на картоне лекала, а это было совсем не так просто, выровнять края и, наконец, пропарафинить. На второй день Вильям разрешил ей рейсфедером проводить на лекалах линии, определяющие направление нитей, проставить на лекалах размеры."
"Теперь, когда они работали вместе, Ирена как будто старалась выдержать определенную дистанцию, чего раньше не замечалось. Раньше казалось, что ее можно в любой момент пригласить в кафе или кино, и она сразу же с готовностью согласится, теперь все было иначе.
