В дверях жаровой зоне ресторана Далерус увидел крепкого мужчину в черной кожаной куртке, и тут же понял: перед ним человек с чужим прошлым. Проклинивший во время войны летчик вернулся домой, но оставил за собой не только раненых, но и целые деревни уничтоженные в бою. Внутри замка было по-другому: светло, скульптурно украшенные стены и роскошная мебель — здесь чувствовалось другое время и совсем другой настрой....
Ксения посмотрела на его постаревшее за один день лицо с темными тенями под глазами. Сегодня он совсем не такой, как обычно, осунувшийся, давно не бритый. Где-то пропадал долго-долго: с середины дня и до поздней ночи. Теперь это действительно очень долго, потому что можно просто пойти на базар и больше никогда не вернуться. Ксения догадывалась, где он был, и от этого ее уважение к сторожу еще больше упрочилось.
— Я согласна, — твердо сказала девушка.
— Торопишься, — поднял на нее воспаленные глаза сторож.
— Разве я больше не солдат «подземной армии»? — ответила вопросом Ксения. — Разве я не думала еще тогда, давая свое согласие?
— То так, — вздохнул сторож.
Жуткое время. Ей бы танцевать, любить, выйти замуж, родить красивых детей, стать счастливой матерью и женой. Но вместо этого…
— Подумай, — повторил он. — А сейчас иди. Извини, я очень устал.
Ксения кивнула и пошла к двери.
* * *Дорога до парка, окружавшего бывшее имение-замок Пилецкого, показалась Ксении странно короткой и длинной одновременно. Короткой потому, что она страстно желала отдалить тот миг, когда придет на место, станет там ходить, оглядываться — вдруг это получится очень неуклюже, подозрительно, бросится кому-нибудь в глаза? Не хотелось сознаваться самой себе, но было очень страшно, аж пересохло во рту и появилась противная, мелкая дрожь во всем теле, просто-таки нервный озноб.
Длинной дорога была от невеселых дум. Что ждет впереди, нет, не в парке, а вообще впереди, в ее жизни? Уж так устроен человек: никак не может он прожить одним днем, все время стремится заглянуть в будущее и страшится этого, словно стоя на краю глубокой пропасти осторожно смотрит вниз, боясь сорваться с крутизны.
О плохом думать не хотелось, и она гнала эти мысли прочь от себя. Уйти после выполнения задания, но куда? Наверное, в лес или, может быть, еще дальше? Хорошо, она сделает так, как прикажут, куда надо будет, туда и пойдет.
