Георгий Миловидов казался обычным счастливым успешным человеком до тех пор, пока не появилась тень на его радостном взгляде: он обнаружил, что у него есть дубликат. Не просто в виде зеркального отражения, а как реальный второй Георгий, кто женился, стал врачом и даже забыл о первом себе. А сам Миловидов превратился в человека с двойной тенью – нищий, изувеченный, не понимающий мира вокруг себя....
– Ведь убьют! Ты хоть пистолет с собой возьми. Все надежнее.
– Не, не возьму, – мотнул головой Горюнов.
– Это почему же? – простонал Расторгуев.
– А вдруг они захотят меня обыскать и найдут пистолет? Вот, скажут, какой интересный бегун – с пистолетом! Откуда он его взял? В общем, не возьму, и все. Потому что халтура.
– А может, их – штурмом? – предложил Расторгуев. – Окружим общежитие, пальнем…
– Все бы тебе штурмовать! – покрутил головой Федор. – Прямо-таки какой-то Чапаев! А если они начнут стрелять в ответ? Кругом – люди.
– Это точно, – согласился Расторгуев. – Люди…
– Вот видишь… Нет, тут надо дело обстряпать тоньше!
– Убьют… – тоскливо повторил Расторгуев.
– Нет, – устало улыбнулся Федор. – Думаю, сразу не убьют. Вначале захотят выяснить, а вдруг я говорю дело? Спасаться-то надо. Ну а коль дело дойдет до моего смертоубийства, так вы же будете рядом! Я – в жилище, вы – задами и огородами – за мной. Затаитесь и ждите. И когда я подам предпоследний вскрик в моей жизни…
– Все бы тебе шутить! – укоризненно сказал майор.
– Вот и рискнем! – махнул рукой Федор. – Давай-ка подумаем, как мне половчее убежать из вашего узилища…
Вот так Федор и оказался дома у Миловидова. И увидел там то, что увидел, – одного лишь Миловидова и задушенную им женщину на кровати. И теперь Горюнову предстоял самый последний и важный шаг – добиться у Миловидова признания в том, что он фашистский шпион. Инженер.
Глава 29
– Ну что, будет разговор? – спросил Федор у Миловидова. – Только решай поскорее, а то у меня уже пятки чешутся – так мне охота податься в бега.
– Ты же говоришь, что Гепп все тебе рассказал…
– Все, да не все, – хмыкнул Горюнов и указал на мертвую Елизавету. – Например, он ничего не говорил мне об этой спящей красавице. Кто она, откуда, зачем…
Он по-прежнему держал в руке пистолет, небрежно им поигрывая. Делал это он преднамеренно, так как видел, что собеседник инстинктивно опасается пистолета.
– Так вот, спящая красавица, – продолжил Федор. – Она оттуда?
– Да, – не сразу ответил Георгий.
– Что, самая настоящая немочка? – удивился Горюнов. – Надо же, забралась в такую даль! Одна, без сопровождения… Ведь одна? – Федор пристально взглянул на Георгия.
– Одна, – сказал он.
