Ученый Николай Маханов в дорогом костюме и усталой рубашке вышел из вокзала. Прохладный тамбур кажется спасением после густого трубы, где плачет ребенок без его помощи. Он берет с собой небольшой чемодан — наскоро собранную копилку знаний и надежд, направляясь в неизвестность....
Тебе предстоит немедленно убыть на объект «Сосны», «Эмка» в твоем распоряжении. Старшим поедет офицер охраны. Он и передаст тебя по назначению. Отдохнешь и – за работу.
– Меня не арестуют?
– Я бы арестовал, но уж слишком ты нужен Родине. Так что – работай.
Маханов повернулся к офицерам группы:
– Спасибо вам, товарищи, без вас бы я пропал.
Он махнул рукой и сел в машину. «Эмка» покинула территорию дачи.
Платов осмотрел на офицеров:
– Да, видок у вас еще тот, неужели нельзя было привести себя в порядок? Ладно, сейчас баня, три часа отдыха.
Сосновский проговорил:
– Я думал, нам хоть до утра дадут отдохнуть.
– Дадут, но позже. Расположение дачи еще не забыли? Вы обедали?
– Обедали, – ответил Шелестов.
– Тогда свободны.
Ровно в 19.00 они сидели в гостиной.
Появился Платов, обвел всех внимательным взглядом:
– Ну вот, совсем другое дело."
"Открылись малые двери со стороны кабинета, и в гостиную вошел товарищ Берия. Офицеры встали по стойке «смирно».
Берия прошел вдоль шеренги, пожал каждому офицеру руку:
– Поздравляю, вы выполнили это сложное задание. Я доволен. За такую операцию надо бы всех представить к званию Героя, но, сами понимаете, это в вашем случае невозможно. Но у меня есть чем наградить некоторых из вас.
Он улыбнулся и сейчас выглядел не таким строгим, наводящим ужас одной фамилией наркомом. Сейчас это был обычный человек в круглых очках и безупречном костюме.
Офицеры ждали.
Берия посмотрел на часы, затем на Платова, тот кратко ответил:
– Доставили уже, Лаврентий Павлович.
– Хорошо. Товарищ Шелестов, вас ждет Лидия Александровна; товарищ Буторин, вас – супруга и ребенок, товарищ Коган, вас также ожидает жена. Ну а товарищ Сосновский этот вечер проведет один. Надо было жениться, Михаил Юрьевич.
Буторин, чьи жена и ребенок были отправлены на поселение, дрожащим голосом спросил:
– Моих отпустили, Лаврентий Павлович?
– Да, они полностью оправданы. И знали бы вы, капитан, чего это мне стоило.
Расстроенный Коган спросил:
– А где ждут-то, товарищ генеральный комиссар.
– Да в ваших комнатах и ждут. В 20.30 общий, так сказать, семейный ужин. Утром родственники уедут, но за их безопасность можете не беспокоиться. Тому мое слово.
– Спасибо, товарищ Берия.
– Это вам спасибо, герои невидимого фронта. Ступайте, вас ждут.
Офицеры толпой вывалились из гостиной.
Берия, проводив их взглядом, повернулся к Платову:
– До утра после ужина не беспокойте их. Пусть порадуются.
