Жизнь в чужой форме не может быть столь монотонной и однообразной. В комнате пылает единственная сигарета — мужская, сильная, заполненная табачным дымом. Окно выходит на белый лес, заснеженные деревья и железную дорогу, словно мост в бесконечность. Здесь женщина отрывается от своего уныния и фантазирует о путешествии — куда бы она ни поехала, не важно где-нибудь далеко-далеко....
И потом, на новом месте ты больше сможешь сделать, чем сейчас, для Коленьки.
Допив чай и окончательно успокоившись, супруги пошли укладываться. Кольку нечего ждать, не маленький.
Глава 2
Оля, невероятно хорошенькая в ярком свитере и в шапочке с помпоном, для порядка поворчала:
— Где ты пропал-то? Битый час жду.
Колька хотел традиционно огрызнуться, но вместо этого, отставив лыжи к стеночке и отобрав Олины, принялся целовать и тормошить, как куклу, чуть не подбрасывая к чернильным небесам.
— Я тебя люблю-люблю-люблю, — приговаривал он, а Оля, сменив гнев на милость, отбивалась с криками:
— Коля, не бей Олю, вспотеешь!
Отсмеявшись и пристегнув лыжи, поехали, разминаясь, не торопясь, рядом, и Колька, стараясь не прыгать от радости, поделился с Ольгой новостями.
— Это ж слов нет как хорошо! — просияла она, но тут же тревожно уточнила: — Погоди, вы что, переезжаете?
— Не-а. Пока некуда.
— Что значит «пока»?
Он объяснил. Но Оля продолжала допрос:
— То есть потом переедете? Позже?
Колька легонько наподдал ей палкой по пятой точке:
— Оль, тебе лет сколько? Куда я от тебя денусь-то? Вот закончу ремесленное, устроюсь на работу — и поженимся.
Она смутилась:
— Ты уж все решил.
— И давно уж. Не отделаешься от меня, понятно? — и, заложив крутой вираж, преградил ей путь.
— Отстань! — отталкивая его, протестовала девушка. — На морозе целоваться!
Колька, с трудом оторвавшись от приятного, пусть и нездорового на холоде занятия, попрыгал, попробовав крепления, свистнул по-разбойничьи и помчался вперед, к лесу.
И никого. Ни детишек, ни пенсионеров-дачников тут и в помине не бывало, эта лыжня не для тех, кто предпочитает степенно ковылять по дорожкам. Отличную трассу прокладывают вдоль железки и общего забора «Летчика-испытателя»! С обеих сторон плотная полоса деревьев и кустарника, дорога идет сначала прямо, как струна — как раз для разминки, а потом начинает резвиться, то устремляясь вниз под опасным углом, то петляя, точно горный серпантин.
Колька коротко глянул за плечо: вот так так, куда ж эта спортсменка делась? Прислушался, различил скрип снега под лыжным полотном, успокоился и решил пошалить. Как раз очередная горка, пологая, но длинная, так что конца ее не видно, да еще и с поворотом."
"Колька, пятясь, отошел за толстую ель.
