В послевоенной Москве директриса текстильной фабрики начинает подозревать полковника Кузнецова, помогающего в расширении производства, в махинациях и нечестности. Её расследование раскроет опасную тайну, скрывающуюся за военной формой и официальным статусом.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Человек в чужой форме»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В послевоенной Москве директриса текстильной фабрики начинает подозревать полковника Кузнецова, помогающего в расширении производства, в махинациях и нечестности. Её расследование раскроет опасную тайну, скрывающуюся за военной формой и официальным статусом.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В послевоенной Москве директриса текстильной фабрики начинает подозревать полковника Кузнецова, помогающего в расширении производства, в махинациях и нечестности. Её расследование раскроет опасную тайну, скрывающуюся за военной формой и официальным статусом.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Наливается качественный фингал.
— Надо бы мяска сырого, — посоветовал Леха, — первое дело кусок говядинки к личности. Есть где достать?
— Консерва есть, с тушенкой, — отшутился Николай, — ничего, не впервой.
— А ты молодец, слушай. Где так самбе-то насобачился?
— Да было дело…
Тут Леха поднял палец, приложил его к губам. Из полуоткрытой остапчуковской двери неслись его возмущенные вопли и бубнеж Ванина:
— Вы совершенно напрасно ругаетесь, товарищ сержант. Непозволительно гражданина обзывать. Я не за тем нанимался, чтобы обзывали.
— Я тебя сейчас опущу в ка-пэ-зэ до возвращения командования!
— Это не надо. Совсем правды нет на земле! Я не спущу. Меня же козлом обозвали, и я же молчи да утирайся. Я, если что, до Ворошилова дойду, а то вон, товарищ Павленко покойный собрал еще когда рублики на облигации, а где они, облигации-то?..
Леха решительно поднялся:
— Ты что делаешь? — поразился Колька, удерживая его рукав. — Саныч не спустит, запрет в клетку тотчас.
— Так того и надо, — хладнокровно-зло заметил Леха, — машет языком, падла.
Он вломился в кабинет и выдал довольно развязно:
— Товарищ сержант, как выпускать будете, то, пожалуйста, справочки выдайте о том, что нижеподписавшийся задержал вышеперечисленных, каковые были доставлены по причине…
— А ну поучи тут! Руки за спину! — взбеленился Саныч.
Расчет оправдался: взрослых до утра отправили в конец коридора, Леху даже опрашивать не стали. Очередь дошла до Кольки, он рассказал, как дело было.
— Понял я уже, понял, — нетерпеливо оборвал Палыч, — беда с вами. Чего лезете, куда не надо?
— Кто лезет-то? Что, смотреть, как друга лупцуют, так, что ли?
— Да не так, не так! Вот как мне теперь все вот это оформлять, чтобы не было упоминания твоей фамилии, а?
— А вы упомяните, — запальчиво заявил парень.
Акимов хлопнул по столу:
— Хорош туфтить! Николаич мне так упомянет, не разогнешься…
В дверь вежливо постучали, и вошел полковник Константинер:
— Здравия желаю. Товарищ лейтенант, позвольте?
— Пожарский, выйди-ка, — приказал Акимов.
Глава 11
— Ты посмотри, какой, — возмущался Анчутка (разумеется, вполголоса), — быковать они пришли, а я, стало быть, виноват.
— Конечно, сразу нет, — пошутил Колька, — неясно только, с какого рожна ты, с одной стороны, за Светкой увиваешься, с другой — прочим девчатам мозги пудришь."
"— Ах, это, — протянул Яшка с видом заправского казановы, — а ты никогда ничего не понимаешь. С женским полом надо поласковее и повежливее, не то, как вы с Андрюхой, барсуки из норы. Я ничего никому не пудрю, а вот они сами.
— Голову тебе когда-нибудь оторвут.
— Ничего, пришьете.
