Автор
Серое утро расстилается над обветренной улицей, как призрак по мрачному сценарию жизни в старом городке. Пыльные проезжие тротуары соседствуют с забытыми коновязями и дремлющими корытишками для воды. Микс из временных сооружений — деревянных с фальшивыми二楼和实墙基——交错着砖瓦或石材砌成的民居。一些窗户盛满了出售的商品，而另一些则空无一物，似乎正等待着故事的发生。...
Ким Бака знал больше, чем открыл, то же касалось Джонни Маккоя с сыном. Очень возможно, что и Хайэт Джонсон знает достаточно, чтобы раскрыть все дело.
Хайэт… спокойный, безжалостный, осторожный. Хорошо стреляет по оленям и антилопам… и по индейкам, если на то пошло. Играет, только если все шансы в его пользу.
Джонни… пьет больше, чем следует, сидит без гроша, это всем видно… Ким Бака, у которого и ума, и умения хватит, чтобы перехитрить их всех…
— Включая меня, — вслух проговорил Чантри.
Нужно повидать судью насчет того приказа и нужно поговорить с Мэри Энн.
Присси здесь — пришла с почты. Обычно она сама заваривает чай в задней комнате, так что ее присутствие означает одно из двух: или она собирает последние слухи, или делится ими сама. Неплохая она женщина, несмотря ни на что. Хорошая почтмейстерша и насквозь проникнута гражданским духом.
Чантри сел у окна, откуда мог наблюдать за улицей. Он знал, что ему будут задавать вопросы, но любопытно было также выяснить, зачем почтмейстерша потрудилась прийти. Выяснение не заняло и минуты.
— Мэри Энн совсем разболелась, вот что доктор Тервилиджер сказал. Говорит, чахотка у нее. Нужен покой.
Элси Картер тоже прибежала из своей гостиницы.
— Странно, что из тех людей с запада никто не покажется. Скорее всего, ничего не знают. Мэри Энн ведь помогла им в нужде. Так говорят, по крайней мере.
— Что это говорят? — вопросила Присси.
— Да вот, что было такое на пути к Неваде. Или, может, в Монтане. Этот лагерь рудокопов, как началась там оспа, так и пошла косить одного за другим.
Некоторое время все молчали, потом поступило предложение:
— Можно бы собрать ей денег.
