Ленивый мужичок с сумкой и молодая пара — вот кто приходит в этот автобус. Водитель ругается о безместности, пока малорослый мужчина не решает свои проблемы на лавочке. Парень срочно требует место для женщины, но ситуация ухудшается: место одно, а двое мужчин ждут чуда в больницу....
Георгий прижал палец к губам, призывая музейную даму к молчанию, и с размаху опустил на ее голову портрет прогрессивного русского литератора девятнадцатого века. Дама тихо охнула и без чувств свалилась на потертый вишневый ковер.
Злоумышленник недовольно огляделся. Дольше оставаться в кабинете было небезопасно, за одной музейной крысой могли явиться другие, причем сразу несколько, а это усложнило бы ситуацию. Самое же главное – Георгий был убежден, что осмотрел директорский кабинет достаточно тщательно. Кейса здесь не было.
Георгий еще раз обвел взглядом полутемный директорский кабинет. Он вспомнил старую английскую поговорку: трудно найти черную кошку в темной комнате, особенно если ее там нет. Кейса здесь действительно нет, он осмотрел кабинет очень тщательно…
Неожиданно в его памяти всплыла случайно услышанная фраза, которую произнесла сотрудница музея:
«Анна Ивановна уехала в больницу… у нее, кажется, кто-то умер…»"
"Георгий охнул и схватился за голову. Картина происшедшего предстала перед ним как на ладони!
Идиот Феликс убил в больнице совершенно не того человека.
Музейная дама, распростертая на полу, застонала и пошевелилась. Георгий выругался и вышел из кабинета Укроповой.
Сбежав по лестнице и покинув здание музея, он огляделся и почти сразу заметил темно-зеленую машину. Быстрым шагом подошел к ней, распахнул дверцу и заглянул внутрь. Феликс сидел внутри в гордом одиночестве.
– А где девица? – самым невинным голосом поинтересовался Георгий. – Надеюсь, не в багажнике?
– Понимаешь, – промямлил Феликс, потирая затылок, – она была не одна…
– Что значит – не одна? – Георгий скрипнул зубами.
– Ну вот, мне тоже так показалось, я к ней подъехал, хотел… усадить в машину, но в это время на меня налетела какая-то… женщина средних лет, черт ее знает, откуда она взялась, завизжала кикиморой и огрела меня по голове чем-то тяжелым… может быть, кастетом… у меня в глазах потемнело, а когда очухался – этих двоих уже и след простыл!
– Да, Феликс.
